– Вы говорили, что в городе безопасно, – жалобно заскулил Мэт. – Вы сказали, Аридол был союзником Манетерен, и троллоки не войдут в город, и…
Морейн шагнула вперед столь стремительно, что Мэт умолк с открытым ртом, а Ранд и Перрин так и застыли, не успев встать, один – сидя на корточках, другой – стоя на коленях.
– Троллоки? Вы видели троллоков внутри городских стен?
Ранд сглотнул комок в горле.
– Не троллоков, – произнес он, и все трое взволнованно зачастили наперебой.
Каждый из них начал с разного. Мэт повел свой рассказ с сокровищ, причем говорил так, будто нашел их в одиночку, а Перрин принялся объяснять, почему они ушли, никого не предупредив. Ранд же перескочил сразу к тому, что он считал самым важным: к встрече с незнакомцем среди колонн. Но все трое были так возбуждены, что никто из них не стал излагать происшедшее по порядку; как только один вспоминал о чем-то, то сразу выпаливал об этом, не задумываясь о том, что говорил раньше, или о том, что собирался сказать после, и совсем не обращая внимания на рассказ другого. Соглядатаи. Они все лепетали о соглядатаях.
Все это нисколько не придавало связности всей истории в целом, хотя их страх стал явно заметен всем. Эгвейн начала бросать встревоженные взгляды на пустые окна, выходящие на улицу. Там меркли последние остатки сумерек; костер казался маленьким и слабым. Том сжал трубку зубами и слушал, хмурясь и склонив голову набок. В глазах Морейн отражался интерес и волнение, но не чересчур сильно. Пока вдруг Айз Седай не шикнула и крепко не схватила Ранда за локоть.
– Мордет! Ты уверен, что именно это имя? Вы все его верно запомнили? Мордет?
Парни хором забормотали «да», захваченные врасплох напором Айз Седай.
– Он до вас дотрагивался? – спросила она у всех троих. – Он вам что-нибудь давал? Или, может, вы что-то для него делали? Мне нужно знать.
– Нет, – ответил Ранд. – Никто и ничего.
Перрин кивнул в подтверждение его слов и добавил:
– Все, что он сделал, – попытался убить нас. Разве этого мало? Он раздулся, пока не занял полкомнаты, выкрикнул, что мы все мертвы, а потом сгинул. – Перрин повел рукой, жестом показывая, что произошло. – Словно дым.
Эгвейн тихо пискнула.
Мэт обиженно отвернулся:
– Никакой опасности, вы же сказали! Весь этот разговор, что троллокам сюда ходу нет. А что нам полагалось думать?
– Очевидно, вы об этом вовсе не думали, – заметила Морейн невозмутимо, вновь совершенно спокойная. – Всякий, кто хоть чуточку подумал бы, осмотрительно вел бы себя там, куда боятся заходить троллоки.
– Мэтова работа, – с уверенностью в голосе заявила Найнив. – Вечно он подбивает других на проделки, и те, кому случится быть рядом с ним, теряют и ту еще оставшуюся малость умишка, с которой родились.
Морейн коротко кивнула, но не сводила глаз с Ранда и его двоих друзей.
– Под конец Троллоковых войн в этих руинах разбила лагерь армия – троллоки, приспешники Темного, мурддраалы, Повелители ужаса, тысячи и тысячи. Когда они отсюда не вышли, за городские стены были посланы разведчики. Они нашли оружие, кое-где доспехи и везде – текущую ручьями кровь. И нацарапанные на стенах домов послания на языке троллоков, в которых те в свой последний час призывали Темного на помощь. Люди, которые побывали здесь позже, не обнаружили никаких следов – ни крови, ни надписей. Они были стерты. Этот случай до сих пор на памяти у Полулюдей и троллоков. Именно страх удерживает их подальше от этого места.
– И сюда-то вы привели нас прятаться? – не веря своим ушам, спросил Ранд. – Да мы бы были в меньшей опасности, если б попытались убежать от них!
– Если бы вы не сбежали, – терпеливо объяснила Морейн, – то узнали бы, что вокруг здания я расставила малых стражей. О том, что они там, мурддраал даже не догадается, поскольку их предназначение – воспрепятствовать иному злу; то, что обитает в Шадар Логоте, не пересечет их и даже близко к ним не подойдет. Утром мы без опаски двинемся в путь: эти существа не выносят солнечного света. Они спрячутся глубоко в землю.
– Шадар Логот? – неуверенно произнесла Эгвейн. – Мне казалось, что вы сказали, что этот город назывался Аридолом.
– Некогда он назывался Аридолом, – ответила Морейн, – и был одним из десяти государств – стран, заключивших Второе соглашение, стран, боровшихся против Темного с первых дней после Разлома Мира. В те дни Торин ал Торен ал Бан был королем Манетерен, а королем Аридола – Балвен Майэл, Балвен Железнорукий. В сумерках отчаяния длившихся Троллоковых войн, когда казалось, будто Отец Лжи вот-вот покорит все и вся, ко двору Балвена явился человек, называвший себя Мордетом.
– Тот самый? – воскликнул Ранд, а Мэт сказал:
– Не может быть!
Взгляд Морейн заставил их замолчать. В заполнившей комнату тишине звучал лишь голос Айз Седай.
