– Не только с запада, – хочу, чтоб вы знали. Пару дней назад был здесь один, иллианец, с воззванием, целиком увешанным печатями на уйме ленточек. Огласил его прямо здесь вот, на площади. Сказал, что едет с депешей до самых Гор тумана, а может, и до океана Арит, если на перевалах сошел снег. Говорил, глашатаи разосланы во все страны мира. – Содержатель гостиницы покачал головой. – Горы тумана. Слышал, они круглый год затянуты мглой, и в том тумане какие-то твари сдирают плоть с твоих костей, ты даже убежать не успеешь.
Мэт хихикнул, за что заслужил от Бэртима острый взгляд.
Том наклонился вперед, весь внимание.
– А о чем говорилось в воззвании?
– Ах да! Конечно – об охоте за Рогом! – воскликнул Бэртим. – Я что, не сказал? Иллианцы созывают всех желающих посвятить свою жизнь поискам, которые объявлены в Иллиане. Можете себе представить? Отдать жизнь служению легенде? Полагаю, с дюжину дураков найдется. Дураки всегда находятся. Этот приятель утверждал, что грядет конец мира. Последняя битва с Темным. – Он хихикнул, но как-то глухо и неискренне, словно пытаясь рассмеяться, чтобы самого себя убедить: мол, над этим стоит шутить. – Догадываюсь, они считают, что, прежде чем миру придет конец, должен быть найден Рог Валир. Ну и как это вам понравится? – С минуту Бэртим задумчиво покусывал костяшки пальцев. – Да-а, после нынешней зимы я не знаю, как и возразить-то на это. Зима, и еще этот Логайн, и те двое, до него. Откуда на нашу голову в последние несколько лет все эти парни, которые объявляют себя Драконами? И зима. Что-то все это значит. Что, по-вашему?
Том, казалось, его не слышал. Тихим голосом менестрель начал декламировать, будто самому себе:
– Вот-вот, – осклабился Бэртим, словно бы уже видел толпы отдающих ему свои деньги слушателей Тома. – Именно так. «Великая охота за Рогом». Вы ее рассказываете, а они здесь со стропил будут свешиваться. О воззвании же всякий слышал.
Том, казалось, пребывал за тысячу миль, поэтому Ранд сказал:
– Мы ищем наших друзей, они идут с той стороны. С запада. На прошлой неделе здесь не было чужестранцев? Или недели две назад?
– Кое-кто был, – протянул Бэртим. – Всегда кто-то бывает, и с востока, и с запада. – Он оглядел каждого из троих по очереди вдруг насторожившимися глазами. – Как они выглядят, эти ваши друзья?
Ранд открыл было рот, но Том, сразу вернувшийся обратно из своих далей, пронзил его взглядом, заставив юношу умолкнуть. С раздраженным вздохом менестрель повернулся к содержателю гостиницы.
– Двое мужчин и три женщины, – с явной неохотой сказал он. – Они могут быть вместе, а могут идти и порознь.
Том описал их коротко, в нескольких словах, но достаточно точно, чтобы любой увидевший путников узнал бы их, и в то же время ничто в его речи не выдало того, кто они такие.
Бэртим провел рукой по макушке, растрепав свои редеющие волосы, и медленно поднялся со стула.
– Забудьте о выступлении здесь, менестрель. Я к тому же был бы весьма признателен, если вы выпьете свое вино и уйдете. Уходите из Беломостья, коли у вас есть голова на плечах.
– Кто-то еще выспрашивал о них? – Том пригубил кружку, словно ответ на вопрос интересовал его менее всего в мире, и, приподняв бровь, посмотрел на содержателя гостиницы. – Кто же это был?
Бэртим опять поскреб голову и переступил с ноги на ногу, как бы собираясь уйти, а затем кивнул в ответ на собственные раздумья.
– Около недели назад, точнее сказать не могу, с той стороны через мост пришел какой-то человек, с виду – законченный пройдоха, хорек хорьком. Всяк бы решил – сумасшедший. Все разговаривал сам с собою, стоять даже спокойно не мог, все дергался, даже когда на месте топтался. Спрашивал о тех же самых людях… о некоторых. Он спрашивал о них, будто это очень важно, а затем вел себя так, словно ему все равно, что ответят. То говорил, что ему нужно их здесь дождаться, то собирался идти дальше, торопился. То жалобно скулил и умолял, а в следующую минуту – распоряжался, будто король. Раз или два – безумный он там или нет – едва не нарвался на взбучку. От греха подальше – еще б пришибли, – стража готова была его арестовать. В тот же день он ушел в сторону Кэймлина, плача и бормоча. Сразу видать: безумец, как я и говорил.
Ранд вопросительно взглянул на Тома и Мэта, и те оба покачали головой. Если этот тип искал их, то им он никого не напоминал.
– Вы уверены, что ему нужны были те же самые люди? – спросил Ранд.
– Кое-кто из них. Мужчина-воин и женщина в шелковом платье. Но больше всего он интересовался не ими. Тремя деревенскими парнями. – Глаза толстяка так коротко скользнули по Ранду и Мэту, что Ранд не был уверен: заметил он этот взгляд или же ему почудилось. – Он уже отчаялся найти их. Совсем ума лишился, я ж говорил.
