Найнив опасалась, не поднимает ли он ее на смех, но голос Лана был решителен и деловит.
– Я могу вытащить его оттуда, но вряд ли он сумеет проделать это втихую. Если нас заметят, у нас на хвосте окажется две сотни белоплащников, причем мы будем скакать по двое на одной лошади. Если, конечно, они не будут слишком заняты, чтобы гнаться за нами. Вы готовы рискнуть?
– Чтобы помочь односельчанам? Разумеется! Что надо?
Лан вновь указал во тьму, за палатки. На этот раз Найнив не разобрала ничего, одни тени.
– Там их коновязи. Если разрезать чумбуры хотя бы немного, чтобы лошади оборвали веревки, когда Морейн нанесет отвлекающий удар, у белоплащников будет полон рот хлопот, они кинутся ловить лошадей, им станет не до погони. На той стороне лагеря, за коновязями, двое часовых, но если вы вполовину настолько ловки, как я о вас думаю, они никогда вас не заметят.
Найнив с трудом сглотнула. Подкрадываться к кроликам – это одно, а тут все-таки часовые с копьями и мечами… «Так что, получается, он считает, что я ловка?»
– Я сделаю это.
Лан вновь кивнул, словно иного и не ожидал.
– Еще одно. Этой ночью тут мелькали волки. Я видел двух, а если я заметил столько, наверняка их тут еще больше. – Он помолчал, и у Найнив возникло такое чувство, будто Лан в недоумении. – Выглядело так, будто они хотели, чтобы я их увидел. Так или иначе, вам о них беспокоиться нечего. Волки обычно держатся в стороне от людей.
– Мне ли не знать этого, – с улыбкой сказала Найнив. – Я же выросла среди пастухов. – Страж хмыкнул, а она улыбнулась во тьму.
– Тогда приступим к делу немедленно, – сказал Лан.
Улыбка Найнив сошла с лица, когда она всмотрелась в полный вооруженных людей лагерь. Две сотни человек с копьями, мечами и… Чтобы не передумать, она проверила в ножнах свой нож и шагнула было вперед. Морейн поймала ее за руку – хватка у нее оказалась не слабее, чем у Лана.
– Будьте осмотрительны, – негромко произнесла Айз Седай. – Сразу, как перережете веревки, быстрее возвращайтесь. Вы тоже – часть Узора, и я не стала бы рисковать вами больше, чем кем-либо из прочих, если б весь мир не подвергался риску в эти дни.
Найнив исподтишка потерла свою руку, когда ее отпустила Морейн. Незачем Айз Седай знать о том, что ее пальцы причинили боль. Однако Морейн сразу же отвернулась, продолжая наблюдать за лагерем. И Страж, внезапно поняла Найнив, уже исчез, причем его ухода она не слышала. «Да чтоб Свет ослепил этого проклятого мужчину!» Она проворно подвязала свои юбки повыше – чтобы за них ноги не цеплялись – и торопливо двинулась в ночь.
После стремительного начала – когда упавшие ветки не раз трещали у нее под ногами, – Найнив сбавила шаг, радуясь, что никто не заметил, как она вспыхнула от стыда. Главное в плане – не шуметь, и она, вообще-то, ни в чем не старается превзойти Стража. «О, или все же стараюсь?»
Найнив отделалась от этой мысли и сосредоточилась на продвижении по лесу, погруженному во мрак. Само по себе это было нетрудно; ей, которую обучал отец, вполне хватало слабого света луны на ущербе, а местность полого поднималась и опускалась. Но обнаженные деревья, застывшие на фоне ночного неба, непрестанно напоминали: происходящее сейчас – не детская игра, а пронизывающий ветер звучал уж больно похоже на троллоковы рога. Теперь, оказавшись наедине с темнотой, Найнив вспомнила, что волки, которые обычно убегали от людей, этой зимой вели себя в Двуречье по-другому.
На нее нахлынула жаркая волна облегчения, когда Найнив в конце концов почуяла запах лошадей. Почти не дыша, она легла на живот и поползла против ветра, на запах.
Найнив чуть не наткнулась на часовых и лишь потом заметила их: строевым шагом маршируют к ней из ночной темноты, белые плащи развеваются на ветру и почти светятся в лунном сиянии. С тем же успехом они могли нести в руках факелы – пламя выдавало бы их не меньше. Найнив замерла, пытаясь слиться с землей. Часовые прошагали почти перед самым носом Найнив, не далее десяти шагов остановились, притопнув ногами, лицом друг к другу, копья на плечах. Сразу за часовыми она различила темные очертания, которые, должно быть, и были лошадьми. Сильно чувствовался запах конюшни – лошади и навоз.
– Все спокойно в ночи, – провозгласила одна из фигур в белых плащах. – Да осияет нас Свет и защитит от Тени.
– Все спокойно в ночи, – отозвалась другая. – Да осияет нас Свет и защитит от Тени.
С этими словами часовые развернулись и вновь зашагали во тьму.
Найнив ждала, считая про себя, пока они дважды не завершили обход. Счет совпал оба раза, и оба раза часовые неизменно повторяли одну и ту же формулу, слово в слово, и ничего лишнего, вроде взгляда по сторонам; они смотрели прямо перед собой, сближаясь, а затем так же расходились. У Найнив мелькнула мысль: а заметят ее часовые, встань она во весь рост?
