Креста мы, первородные вампиры, не боимся. А вот обращённые возможно. Вера – это не только опора, но и оружие. Людей, особенно в былые времена, с детства воспитывали и воспитывают в страхе перед богом. Нет ничего удивительного, если обратившись, человек продолжает верить и испытывать страх. Однако боги, на самом деле, милосердны. Не помню, чтобы наша Среброликая Атфу убивала бы представителей других форм жизни просто потому, что кто-то из них дотронулся до изображения луны. Не помню также, чтобы мне причинял вред крест. Правда, дотрагивался до креста я всего пару раз, ибо любой символ веры достоин почтения и не стоит хватать его без должного уважения.
Только серебро имеет под собой более-менее достоверную основу. Даже у нас, первородных, на этот металл бывает что-то типа аллергии, а у обращённых на него вообще страшная реакция. Оно их отравляет и обессиливает, оставляя в местах прикосновения жуткие вздувшиеся полосы, которые позже превращаются в язвы. Но у некоторых людей тоже есть аллергия, только на цветные металлы. Постоянный контакт с ними может вызвать очень серьёзные последствия и это никого не удивляет.
В общем, возни с обращёнными много. Особенно сложно контролировать их постоянную жажду крови. Причём, что удивительно, даже будучи сытыми, они готовы именно убивать. Останавливаться они не умеют и не хотят. Поэтому на обращение у нашего клана негласный запрет. Прислугой проще нанять обычных людей. Всего-то хлопот, вовремя подчищать память. И то, если требуется.
Мы сами давно уже отказались от живой подпитки. Нам хватает и донорской крови. Главное, получить её свежей. Тогда она отлично поддерживает нашу магию. Развитие медицины в этом направлении пошло нам на благо. А мы, как я упоминал, с удовольствием выбираем профессию врача. И с гордостью могу сказать, врачи из нас получаются просто отличные. Пусть мы убиваем наших сиффаров, но спасённых жизней на нашем счету в сотни раз больше. Это не оправдание, а констатация факта.
Пока я предавался размышлениям, фарфоровая куколка по имени Габриэль тоже сидела тихо. Она разглядывала интерьер ресторана, оформленного в серебристо-чёрно-лиловых оттенках. Дизайнер вложила душу и зал выглядел изысканно. Однако эту тишину прервал звук открываемой двери, ведущей из щитовой. Это приехал Данил. Габриэль напряглась, но, видя, как радостно я встречаю пришедшего, расслабилась.
Хотя мы с Данилом были двоюродные братья, бросающимися в глаза общими отличительными чертами у нас были только рост и цвет кожи. Оба выше среднего с белой, никогда не загорающей, кожей. В остальном мы вроде отличались. Я был похож на отца. Такой же высокий, черноволосый, с тёмными, почти чёрными глазами. Данил был золотоволос, с ярко-голубыми глазами. Однако, глядя на нас, сразу возникало ощущение родственности. Будто взяли одного и в фотошопе перекрасили. В молодости, несколько столетий назад, мы развлекались, смущая и соблазняя этим девушек. Сейчас угомонились, да и времени нет. Данил выбрал себе стезю стража клана. Большая ответственность, полное отсутствие свободного времени и постоянные разъезды. Прикрыто это всё было вывеской охранного агентства. У меня личного времени тоже теперь было в обрез. Очереди клиентов. К тому же постоянные попытки очередной светской львицы соблазнить меня, так охлаждали былой пыл, что я уже и не помню, когда смотрел на женщину хотя бы с любопытством.
Представившись, Данил галантно поцеловал руку девушке и, подтянув ещё одно кресло, уселся с нами за столиком.
– Любуетесь? – Он тоже теперь рассматривал стол похитителей, куда уже успел вернуться их «разведчик».
– Так, смельчаки удивительные, – я ухмыльнулся, – Один из них только что пытался вломиться в кабинет.
– М-м-м, однако. Я уже приказал Артуру проверить всю их посуду. Сейчас напишу, чтобы и с ручки двери снял отпечатки. Как получилось, что мы видим их в первый раз? Кто-нибудь из вас до этого замечал слежку? Хотя, что я спрашиваю. Если бы замечали, уже бы обсудили.
– Я боюсь ошибиться, – начала было Габриэль, и тут же замолчала, будто испугавшись.
– Милая Габриэль, вы можете не волноваться, лучше мы проверим и поймём, что вы ошиблись, чем упустим важный факт. Прошу вас, скажите, что вы заметили.
– Понимаете, я очень сильно не люблю своего будущего зятя. Поэтому боюсь ошибиться. А вдруг я обозналась? Но вы, наверное, правы. Я лучше расскажу. Вот видите того шатена? Это тот самый, что пытался войти. Мне кажется, я видела его с женихом сестры. Он стоял, отвернувшись, и видно было только это ухо и часть щеки. Внимания тогда не обратила. Мало ли с кем говорит. Макс отдавал ему какие-то распоряжения. Было это с неделю назад. Мы с сестрой заезжали в его офис. А вот сегодня… Просто он так близко проходил вот за этим стеклом, что я увидела его ухо. У него вытянутые, больше чем обычно, мочки. Как раз такие, я видела у собеседника Макса. Но это может быть притянуто за уши, – сказала и улыбнулась, получившейся шутке, – В общем, я понимаю, что это мелочь и, скорее всего, просто совпадение. Я больше ничего не запомнила.
