Одна из нас влюбилась. Его звали Карлос. И всё бы ничего, но она умудрилась влюбиться во врага. Причём даже не в первородного вампира, а в обращённого. Нет, девушка не была предательницей. Она полюбила искренне. Этот подлец играл ею, её чувствами, прикидывался овечкой, говорил, что мечтает, наконец, обрести семью и присоединиться к клану Аурего. Сам же выведывал всё что мог. Он был послушным орудием тех, кому хотелось погубить отца. От этой идеи клан узурпатора не отказался, даже разорив нашу родину и заставив стальных вампиров скитаться по мирам в поисках пристанища и источника магии. Виноватым во всём этом они считали моего отца. Сейчас они думали, что как никогда близки к своей цели. Однако трагический случай помешал осуществлению этих планов.
В Бразилии мы забыли о кресниках. Забыли, что у них существовала своя тайная организация, которая ни на минуту не прекращала поиски и уничтожение вампиров. Так как мы привыкли ещё до их появления прятать свою магию и никогда не бесчинствовали, то и не попадали в их поле зрения. В создании скрывающих амулетов наша семья поднаторела настолько, что даже наши исконные враги из клана Винтири, долгое время не знали, например, что у короля в изгнании появился наследник, то есть я. Да и общая численность клана до сих пор для них загадка. Прочесть магию скрытую артефактом не получалось даже у них.
Именно поэтому, когда кресник напал на избранника Лауры, он не убил и её. Вернее, охотник посчитал, что спасает девушку от вампира. В каком-то смысле так и было. На очередном губернаторском балу, Карлос увлёк её на террасу, чтобы поговорить без помехи. Дуэнью он таковой помехой не считал. Говорить-то он хотел, о своём визите в наше поместье. Вот там-то его и настиг кресник. Мастерски нанесённый серебряным колышком удар, не оставил и шанса вампиру. Охотник же, поклонился замеревшей Лауре и визжащей матроне, сиганул через перила и был таков.
Что такое серебряный колышек в сердце, знали все. Тем более, в последнее время находили полностью обескровленные трупы. Семья Винтири притихла, потому что о приближённости к ней убитого, было известно. Мы же воспользовались ситуацией и под предлогом лечения потрясённой Лауры уехали в Европу. Организовали всё так быстро, что наши враги узнали об этом самом отъезде, когда наш корабль был уже далеко в море. Наши капиталы мы и до этого там держали. Сейчас же увозили последнее.
В Европе нам не нравилось. В Испанию мы не хотели. Там развернулась борьба за трон. Во Франции, где правил король-солнце было для нас слишком тесно и пришлось бы снова быстро менять страну. То же самое было с Англией, к тому же из-за соперничества с Испанией нас бы там, скорее всего, не слишком любезно приняли, как и в Голландии. Остальные страны, включая разбитую на княжества Германию, были тем более для нас маловаты. Мы колесили по Европе, стараясь переезжать как можно чаще, делая вид, что лечимся то на одном, то на другом курортах. И тут наш взор обратился на Россию, с которой в это время конфликтовала Швеция.
Царь Пётр любил иностранцев и привечал их. Да, он был непредсказуем, горяч, но мы за многие века изучили человеческую натуру. И с этим могли справиться. Тем более, перед каждым переездом мы тщательно собирали всю информацию и входили в доверие, прежде всего к фаворитам или фавориткам. По тому, что мы видели, было ясно: Россию ждут великие перемены, которые уже шли полным ходом. Огромная страна, где затеряться легко. Рабство там процветало. Ну ладно, крепостничество, что по сути одно и то же. Земель немерено. И там нежарко. Что нам всегда нравилось.
Мы начали подготовку. Занимало это, как правило, несколько лет. В Россию уехал наш представитель. И тут от него пришло известие, что царь Пётр отправился в зарубежное турне. Правитель-непоседа уже второй раз устраивал такое путешествие. Это была большая удача. Заручиться поддержкой государя, когда он на чужой территории было легче. Рикардо нам подробно описал любознательный характер Петра Первого и то, что его увлекало сейчас более всего. Огромный интерес он проявлял к медицине, механике, технике, архитектуре и фортификационным строениям. Теперь мы знали, чем его можно порадовать и расположить к себе.
Очень осторожно мы принялись выведывать программу и решили, что лучше всего с ним встретиться во время его пребывания в Париже. В одном из писем к известной нам особе Пётр Первый упомянул, что хотел бы посетить королевскую библиотеку и Сорбонну. Это был наш шанс, и мы его не упустили. Мы разыскали редкие издания по военной архитектуре и фортификации. Всего три книги, но каких! Подробнейшие чертежи и пояснения были просто великолепны.
Мы познакомились с аббатом Лувуа, королевским библиотекарем. Сделали подношение библиотеке и подарок лично аббату. Рассказали в дружеской беседе о последних наших приобретениях, особенно о тех книгах, которые наверняка будут интересны царю. Показали эти самые книги, дабы аббат увидел их истинную ценность.
