– В современное искусство надо вкладываться. Американцы давно поняли, как на нем деньги делать. Апсайд огромный. Вон Телин молодец, скоро галерею открывает, а Арбат Салахович просто так ничего не делает. Нюх как у собаки.
Ответив что-то для приличия, я стал прощаться. Было непонятно, что делать дальше.
Гостиница «Рэдисон» выглядит неплохо. Дороговато, но за казенный счет в самый раз. Включил телевизор, лег на кровать. Боже мой, какую ерунду показывают. Надо бы заглянуть в TV-гид. Неохотно поднялся, раскрыл программу. Путешествия, происшествия… Так, это что: 4-й канал, 19.30, ток-шоу «Между Сциллой и Харибдой», гости передачи – лидер Христианско-демократической партии академик Солженицын, лидер Либерально-демократической партии академик Сахаров. Покупатель крюковского архива Солженицын выступает по телевизору. Опять совпадения? Да нет, просто в Российской Федерации начинается предвыборная гонка. Дебаты! Я переключился на 4-й канал.
«Между Сциллой и Харибдой» – знаменитая передача. Известные всей стране позывные, какой-то новомодный спецэффект, и мы оказываемся в студии. По ней блуждают две звезды – ведущие. Харибда Шустер – в черном длинном платье, короткая стрижка, очки. Она спокойна и рассудительна. Ее безупречные вопросы, логически выверенные аргументы, как водоворот, засасывают неосторожного гостя, вовремя не почувствовавшего подвох. Когда несчастный понимает, что случилось, уже поздно. Пусть он кричит, клокочет, брызжет слюной, но неизбежно тонет, поглощенный холодным взглядом беспощадной ведущей.
Сцилла Пушкова попроще. Одета в юбку, обтягивающую чуть тяжеловатый зад, и блузку в крупный горошек. Экранная роль – истеричка. Стоит кому-то избежать Харибды, и Сцилла, оглашая студию пронзительным визгом, бросается на жертву. При этом она страшно двигает руками и показывает мелкие остренькие зубы.
Поначалу дискуссия развивалась спокойно. Христианский демократ Солженицын говорил о консервативных ценностях, либерал Сахаров соответственно о либеральных, представитель партии власти капитан I ранга Власов сдержанно отдувался. Я уже стал клевать носом, когда начались вопросы приглашенных экспертов.
Режиссер Никитов (Союз русского народа и купечества. Вопрос Солженицыну): Александр Исаевич, как вы относитесь к перспективе восстановления монархии в России?
Солженицын: К сожалению, отрицательно. Монархия – сильная система, но с монархом не слишком слабым. Российское правительство в феврале семнадцатого не проявило силы. Оно вело себя слабее мыши. Безвольный царь, он фактически предал нас.
Никитов: Но, Александр Исаевич, разве вы не поддерживаете мысль, что главной движущей силой петроградских волнений были немецкие агенты и немецкие деньги?
Солженицын: К сожалению, факт притекания последних нельзя доказать документально, но признаки есть. И все же надо искать российские внутренние причины. «Немецкую» причину полезнее недооценить, чем переоценить.
Публицист Фон Шуллер (магистр ордена православных крестоносцев за национально-трудовую солидарность; возбужденно): Верно! Не надо «немецкую» причину искать нам в наших бедах. Германия лучший друг России. Давайте прямо скажем: после неискупимого греха цареубийства великого европейского монарха Павла I, наследника дел Петровых, покатилось Российское государство не туда. Встали русские властители на губительный путь отказа от истинно европейских ценностей в пользу англо-саксонского образа жизни. Только вместе с Европой, вместе с Германией найдем мы тропинку к объединению и столь желанному возрождению России.
Сахаров: Не могу согласиться. Национал-социализм, фашизм нисколько не свойственен народам России и Европы. Он был жестоко привнесен силой германского оружия лишь во второй четверти ХХ века. Либеральные идеи свободы и гражданских прав еще вернутся в Европу, и я уверен, при нашей жизни.
Фон Шуллер (возмущенно): Вы просто не знаете историю. Весь путь европейской цивилизации это естественный эволюционный путь к идеям национал-социализма. От Древнего Рима к национальным государствам, через бонапартизм к национал-социализму!
Напряженность дискуссии нарастает. Пушкова предоставляет слово пожилому седовласому господину, одетому в светлый полотняный пиджак и лиловую косоворотку.
