«Во тварь, – думаю, – руки марать неохота». Однако приехали, до свиданья.
Принстонский университет – один из старейших в США. «Под Божьей властью процветает» – написано на его оранжевом гербе. Оранжевом, заметьте, а не синем или, тем более, фиолетовом. Здесь всегда правили бал демократы, покровители умеренно красных тонов и высоких технологий. Не случайно именно здесь получил степень доктора философии по математике Джон Маккарти – великий информатик, автор термина «искусственный интеллект». Здесь же нашли убежище ведущие каббалисты-нумерологи, не первый год решающие таинственную теорему Ферма. В Принстоне после бегства из Германии в 1933 году получил должность профессора великий Эйнштейн. Всегда гостеприимно встречали в этом чудесном месте гонимых, поэтому праздновать 62-ю годовщину Великой Октябрьской Социалистической революции лидеры красной эмиграции решили именно тут.
В структуре университета – художественный музей, музей естественной истории и театр. В его зале и должно было состояться торжество. В программе официальная часть, представление, а также диспут «Кто написал „Тихий Дон“. Я получил приглашение принять участие. Ожидалось много гостей – заметные фигуры красной эмиграции – Павловский, Белковский, Ходорковский; занимающий особую непримиримую позицию шахматист Анпилов (безусловно, наиболее вероятный претендент на битву за шахматную корону с Виктором Корчным). Говорили, что приедет престарелый Ворошилов. Непосредственно в праздничной дискуссии должны были встретиться местный принстонский профессор Герман Ермолаев и приглашенный историк Рой Медведев. Модерировать обсуждение взялся Роберт Рождественский – авторитетный лидер красной эмиграции.
Все было организовано на высшем уровне – тезисы выступающих, изданные отдельной брошюрой, я получил вместе с приглашением. Сначала мне даже показалось, что это ловушка: меня звали на диспут сразу между двумя покупателями тетрадей. Как будто специально их собрали в одном месте, чтобы было удобней пообщаться. Прочитав брошюру и все обдумав, решил все-таки поехать.
Ермолаев один из самых компетентных специалистов. Он играет за красных – ему предстоит доказывать, что настоящий автор Шолохов. Самое неприятное, что он будет крепко наезжать на меня и графиню, утверждая, что наши выводы определяются не столько объективным сравнением текстов, сколько глубокой неприязнью лично к Шолохову. Дескать, мы отрицаем у него всякий литературный талант. Это неправда. Очень жаль, что он не прочитает мою будущую книгу – она многое бы разъяснила.
Медведев тоже серьезный исследователь. Люблю его статьи про Сталина. Очень впечатляюще. Он будет спорить с Ермолаевым, доказывая, что автор «Тихого Дона» Крюков. Я очень сожалею, что наши пути пересеклись. Возможно, удастся чем-нибудь помочь ему, посмотрим… Все завтра. День заканчивается. Наступает 7 ноября. Диспут. Ну что же, подискутируем.
Тетради забрал. На душе тяжело. Прилетел в Нью-Йорк развеяться. Был на Бродвее. Играли Эндрю Ллойд Вебера. Круто! Потом смотрел еще какой-то водевиль с забавными стишками на стряпчих. Очень смеялся. Весьма вольно написано. О дельцах с Уолл-стрит прямо говорят, что они обманывают народ, а сынки их пользуются инсайдерской информацией. Про журналистов тоже очень забавный куплет: что они любят все бранить и что автор просит от публики защиты… Как это верно! Снова набираюсь сил. Следующий в моем списке как раз журналист.
В восемь часов улетел в Москву. Стюардессы ходят с таким видом, будто я не в бизнес-классе лечу. Ну и пусть, мне тоже на них наплевать. Пересматривал и сверял бумаги. По прилете надо будет купить книжку этого журналиста, подробнее познакомиться с его творчеством.
Терпеть не могу журналистов. Хотелось бы мне поближе рассмотреть жизнь этих господ, все эти экивоки и притворные шутки… Мой пишет о Москве. В целом любопытно, но только очень уж неаккуратно. Никогда не читал книжек с такой безобразной корректурой – сплошные «очепятки». Наверное, издает за свой счет, бедолага, экономит. Зря он полез не в свою тему. Какой бес потащил его в Лондон охотиться за крюковскими тетрадями, об этом я и спросил его первым делом, когда приехал к нему на квартиру.
Журналист проживал в престижном районе, в центре Восточной Москвы, на Таганке. Красивое, породистое лицо.
– Вы знаете, эта тема мне не чужая. Когда начались все эти нападки на Шолохова… Ни об одном писателе за такой короткий период не сочиняли столько лжи. Эта кампания мне претит. Я не сомневаюсь, Шолохов – гений. Те, кто развязал эту гнусную травлю, преследуют какие-то непонятные, темные цели.
Журналист не знал, с кем разговаривает, поэтому был откровенен.
– Шолохов гений?! Смелое утверждение. Но чтобы говорить так, нужны хоть какие-то основания.
– Основания… У меня не просто основания, у меня прямые доказательства есть! Я нашел рукопись «Тихого Дона» – шолоховскую рукопись, а не какого-нибудь дрянного Крюкова.
