— Это что за причуда? — обратился я к Алексею, словно он обязан был знать все чудеса данной местности.
— А черт его знает, — откровенно ответил он. — Есть одна задумка, только смысла я ее особого не вижу.
— Делись уж, у нас то и вовсе никаких задумок не наблюдается! Правда, Сеня?
— Сдается мне, что там на дне не лампочки и не гнилушки светятся. Да и нет там никакого дна. Переход это, только не для нас его делали.
— А для кого, тут кроме деда, да зверюг на тыщу верст никого нет.
— Для них, — Алексей ткнул пальцем в небо. — Мы же ждем, что они к нам сверху с неба свалятся, а они вот так запросто могут туда сюда через этот переход шастать. Кажется мне, что если мы в какую бочку железную залезем, то преспокойно сквозь этот переход прошмыгнем.
— Попробуем? — загорелся я, — Всю жизнь мечтал стать космонавтом!
— А ты вакуумом дышать уже научился? — расхохотался Алексей.
— Зачем? — не понял я.
— Сеня, — улыбнулась Эва, — если там эти огоньки на дне звезды, то вынырнем мы в чистом космосе. Правда где именно никто не знает. Я правильно понимаю, Леша?
— Точно, прямо как по писанному шпаришь! — похвалил он. — Что там находится никто не знает. Хуже того, большинство переходов, как я уже говорил, работают в одну сторону. Вход есть, а выхода нет или наоборот. В общем игрушка занятная, но не более того, нам туда точно не надо!
Мы с огромным сожалением расстались с новой игрушкой, с еще большим сожалением понимая, что помыться снова не удалось. Через пару километров путешествия по причудливо изгибающейся тропинке Алексею все-таки удалось «проткнуть» землю. Палка свободно проникала вглубь некоторой площадки, и выходила обратно без признаков клыков, слизи или надломов. Если проследить за движениями кончика палки, то создавалось впечатление, что он словно ощупывал некоторую невидимую глазу дыру в земле.
— Занятная штуковина, первый раз такое своими глазами вижу, — бормотал Алексей больше себе под нос, чем для нашего информирования, — дай-ка мне руку, Сеня, попробуем эту штуковину на вредность.
— Вы что, собираетесь туда сунуться? — ужаснулась Эвелина, — Да ведь это ловушка, она вас просто заманивает, а сунетесь глубже, тут вам и конец!
— Может конец, а может и венец, — Алексей подмигнул Эвелине, — не журись, коли помру, значит, не утону! Сеня, мне два раза у тебя руки просить? Ты же не невеста, — он откровенно язвил.
— Надеюсь, что вы знаете, что делаете, — проворчал я, подав ему руку, и покрепче уперся ногами в тропинку. Кто его знает, может придется неожиданно выдергивать нашего проводника.
Эва в свою очередь вцепилась в меня, прямо дед с бабкой и внучкой собрались репку тянуть. Алексей хмыкнул, но ничего не сказал, и начал помаленьку погружать в «дыру» палку. Вот уже вся палка скрылась в земле, пальцы прикоснулись к поверхности и легко скользнули вглубь. Алексей на мгновение замер, но сразу же резко погрузил руку по самое плечо. Потом выдернул ее и внимательно осмотрел.
— Ничего вроде, даже сквознячок чувствуется. Попробуем поглубже сунуться.
— Может, для начала отправим туда что-то неживое? На веревку привяжем и опустим, сколько получится? Боязно как-то, — замялась Эва.
— Так и сделаем! — не став спорить, моментально согласился Алексей, — Давай, к примеру, Сеню туда опустим, все равно он бревно бревном стоит!
— Ну уж нет, это бревно у нас самое ценное! — в тон ему ответила моя ненаглядная Эва, — Из него еще отличное Буратино получится!
— Шутите, да? — меня откровенно раздражала их неуместная веселость, — А чего смешного спрашивается? Взрослые люди, стоят посреди дурацкой зоны и шутят дурацкие шутки.
— Да ладно тебе, не бери в голову, Сеня! Совсем шутки перестал чувствовать, так недолго и в начальники выбиться! — куратор хохотнул, и по свойски хлопнул меня по плечу.
— А я и не беру! — буркнул я, потирая ушибленное дружеским шлепком плечо, — Только вы давайте что-нибудь делайте! Надоело тут чувствовать себя закуской для всякой инопланетной живности.
Мы отвязали от себя все веревки и соединили их в одну длинную. К одному концу привязали камень, второй надежно прикрепили к стволу сосны, проверив ее предварительно на отсутствие кусательных способностей. Веревка плавно утекала в «дыру», не сообщая подробностей своего путешествия.
— Ну, опустим мы камень на всю длину веревки и что дальше? Что нам это дает? — наше действие казалось мне нелепым и бесполезным.
— Есть вероятность, что это не просто дыра, а ход! Точнее выход! — сообщил Алексей, — А вот куда он ведет, я не знаю, — пресек он сразу возникшие у нас вопросы.
— А как мы узнаем, что… — Эва оборвала свой вопрос на середине, так как веревка сперва резко дернулась, а потом со свистом начала улетать в дыру.
— Интересные пироги получаются, — Алексей с интересом следил за исчезающей веревкой, — порвется или нет?
— В смысле?
— Без всяких смыслов. Если ее кто-то или что-то тащит, то, в конце концов, он вытащит ее полностью. И тогда…