— Обыскивают долину, как и я, в поисках следов вас и ваших людей. Как только мы закончим, я уйду, и приведу их сюда, — сразу же сказал Карэнт.
— Хотя я нахожу тебя и тебе подобных недостойными доверия, твои слова всё же дают мне надежду, — сказала королева.
— Это ещё не всё, — сказал сияющий бог. — Как подтвердит наш добрый дракон, на горизонте появилась большая масса приближающихся к нам странных существ. Мордэкай успешно восстановил Ши'Хар, и они посылают своих слуг, Крайтэков, помочь вам в вашей битве.
— Это так? — спросила она, повернувшись к Гарэсу.
— Они были слишком далеко, чтобы я мог быть уверен в их природе, но они соответствуют тому, что я уже знаю, и прибывают с подходящего направления, — сказал дракон.
— Я мало знаю о Ши'Хар. Как и большинство из вас, меня всегда учили, что их раса давно вымерла. Вы знаете что-то об этих «Крайтэках»?
Тут Мойра Сэнтир выступила вперёд:
— Ваше Величество, я была с Мордэкаем и Гарэсом, когда он только встретился с ними. Крайтэки, насколько я понимаю, являются бесплодными отпрысками дерева-отца. Они живут лишь несколько месяцев, и существуют лишь для защиты Ши'Хар. Они бывают самых разных форм и размеров, в соответствии с волей вырастившего их дерева-отца. Некоторые из них владеют могучей магией, другие созданы как свирепые воины. Могущественные отголоски Тёмных Богов, с которыми вы недавно столкнулись, были, вероятно, созданы из древних Крайтэков.
Ариадна некоторое время переваривала эту информацию, прежде чем задать новый вопрос:
— Мы можем им доверять?
Мойра отрицательно покачала головой:
— Наверное — нет, Ваше Величество, но они в огромном долгу перед Мордэкаем. Вопрос, вероятно, в том, осмелимся ли мы довериться ему?
— Следуя этой же логике, то же самое можно сказать и о Сияющих Богах, — сделала вывод молодая королева.
— Несомненно, — согласилась Мойра Сэнтир.
Карэнт снова заговорил:
— Вам также следует знать, Ваше Величество, что Мордэкай приказал им подчиняться либо вам, либо Графине. Они не будут отвечать ни перед кем другим.
— Тогда, полагаю, мне лучше с ними встретиться, — сказала Ариадна. — Гарэс, ты не против обеспечить мне транспорт?
Дракон издал странный звук. Похоже было на начало рычания, но Мойра резко зыркнула на него, и это внезапно пресекло звук.
— Полагаю, это будет не слишком обременительно, Ваше Величество, — некоторое время спустя ответил он.
Использовав слово и мысль, я освободил чары, удерживавшие Албамарл в моём идеальном, безвременном миге. Напряжение ушло из воздуха, и мир резко пришёл в движение, в то время как я потянул эйсар обратно из алмазных кубиков чар, и вернул его в полагавшееся для него вместилище — в себя.
Моя сила стала выше, чем прежде. Когда я начинал, я мог распоряжаться примерно двумя с половиной Сэлиорами эйсара. Вернув большую часть этой силы из чар, в совокупности с тем, что я собрал во время моей чудесной резни, у меня стало эйсара ближе к четырём Сэлиорам.
«И этого всё равно не хватит».
Конечно, не проведя какое-то время с моими инструментами в моей мастерской, я не мог сказать точно, но я верил, что моя прикидка была достаточно близка к истине. Исходя из того, что я знал о Мал'горосе, мне нужно было более чем в десять раз больше того, что у меня сейчас было, чтобы противостоять ему на равных. «Это довольно легко», — подумал я, — «заберу остальное население Лосайона, добавлю к этому ещё людей из Данбара и Гододдина, и тогда может хватить… если я не буду слишком разборчивым».
— «Нет!»
Моя совесть решила снова подать голос. Он странным образом молчал с тех пор, как Трэмонт получил свою медленную смерть. «Расслабься, я не серьёзно», — сказал я себе. Что-то во всём этом показалось мне забавным, и я начал смеяться.
Прекратил я это тогда, когда услышал крики.
Они были тихими и доносились издалека, но впечатление они производили такое, будто в них было несколько слоёв. Наскоро сотворив заклинание, я усилил свой слух, и тогда до моих ушей стала доноситься истинная симфония. По всему городу люди реагировали с различной степенью шока, смятения и, порой, восхитительными криками.
Наверное, очень сбивает с толку, когда ты внезапно обнаруживаешь, что все поблизости от тебя мертвы.
— Мал'горос будет весьма раздражён, когда обнаружит, сколь много игрушек он сегодня здесь потерял, — сказал я себе. Я подавил порыв пойти обратно в город. Звуки творящегося внутри хаоса вызвали у меня отчаянное желание пойти и посмотреть на реакцию людей своими глазами.
«Как только всё устаканится, они наверняка захотят устроить парад в мою честь». Это была приятная мысль, но мой пессимистичный внутренний голос не хотел затыкаться:
— «
— Заткнись! — закричал я на себя, не заботясь о том, видел ли кто-нибудь моё странное поведение. — Я здесь командую, а не ты!
