После их возвращения они собрали несколько сотен вооружённых людей, остатки городской стражи, дворцовой стражи, и слуг некоторых местных дворян, не имевших отношения к заговору. Их сильно превосходили по численности, но захватчики пока не сумели хорошо организоваться. Сэр Иган и Сэр Дориан оказались поразительно эффективны в отговаривании людей Трэмонта от попыток навязать им прямую конфронтацию, но их удача не могла держаться долго.
— Прости меня, Пенелопа, — учтиво ответил Стефан.
— Пенни. Пенелопой меня зовёт лишь мой отец, — ответила она. «И иногда Мордэкай, когда он зол или напряжён». Она мгновенно оборвала эту мысль.
Дориан сказал, входя в главный холл:
— Ты уверена, что мы совершили правильный поступок? — спросил он. Под «правильным поступком» он подразумевал то, что они позволили Мордэкаю забрать ту Ши'Хар.
— Мы явно ничего не могли с ней сделать, — сделала наблюдение она.
— Я не это имею ввиду. Мы не знаем, каковы его мотивы. И мы не знаем, что случится, если он её выпустит. В конце концов, её раса была известна отнюдь не дружеским отношением к человечеству, — ответил он.
— Твоя мать считает, что мы должны довериться ему, — ответила Пенни.
На миг рослый воин поморщился:
— Она ни разу не видела некоторые вещи, которые видел я. В Гододдине мы нашли целые деревни — мужчины, женщины, дети… все. Они выглядят как мы, но они — не люди. Иногда они будто вспоминали что-то, или знали о чём-то из своих прежних жизней, но они это использовали лишь для того, чтобы подобраться к своим следующим жертвам.
— Думаешь, это уловка? Что он, или оно, или как ты хочешь его звать… просто хочет подобраться к нам поближе, чтобы поглотить нас? — спросила она, старательно поддерживая нейтральный тон голоса.
Стефан заговорил:
— Так и случилось с Катериной, — сказал он, имея ввиду свою покойную жены.
Дориан кивнул:
— Я склонен согласиться со Стефаном, но я никогда не видел ничего настолько сложного.
— Сложного?
— Обычно даже те, у кого есть какие-то воспоминания, ищут достижения лишь краткосрочных целей. Если он — один из них, то совершает целый ряд необычных действий. Рассказ моей матери, о той женщине — он мне непонятен. Я никогда не слышал, чтобы один из них кого-то отпускал, — объяснил Дориан.
— Ещё как слышал — нас отпустили, — напомнила Пенни. Годы тому назад их с Дорианом схватили, и использовали в качестве козыря, когда шиггрэс заключили сделку с Королём Эдвардом.
— Что? — сказал Стефан Малверн, явно не слышавший эту историю прежде.
Пенни поведала ему о том, как они были в плену у нежити, опустив некоторые наиболее стыдные подробности.
— В общем, это явно показывает, что они порой способны думать наперёд, — добавила она, закончив.
— Ты игнорируешь тот факт, что в то время их целью было получить рычаг давления на Мордэкая, — заметил Дориан.
— Ну, сейчас у них есть кое-что получше рычага, — сказал Стефан. — У них есть сам волшебник.
— Мордэкай был для них лишь средством к достижению цели. — объявила Мойра Сэнтир, входя в холл и присоединяясь к дискуссии. Её новое тело обладало идеальным слухом, и она слышала их из кухни. — Их цель была достигнута.
— Мы всё ещё живы, — возразил Дориан. — А они, насколько я знаю, были созданы, чтобы уничтожить человечество.
— В этом утверждении есть толика правды. Судя по тому, что я узнала, они были мстительным, случайным последствием действий последних Ши'Хар, но есть и другая цель, которой они помогли достичь, — сказала им Мойра.
Пенни перебила:
— Ты сказала, что Мордэкай всё ещё был собой. С чего ему служить их интересам? И какова эта цель?
— Я тоже хотела бы это знать, — сказала Ариадна, вставая рядом с Мойрой Сэнтир.
Мойра почтительно кивнула принцессе:
— Как пожелаете, Ваше Высочество. Мои знания ограничены, но чем смогу — поделюсь.
— Нам не следует говорить в холле, когда в соседней комнате полно кресел, — подала мысль Ариадна.
После того, как они расселись и устроились поудобнее, Мойра продолжила:
— Я сомневаюсь, что большинство из вас в курсе, но я была изначально ответственна, частично, за создание тех, кого мы теперь зовём «Сияющими Богами». Ну, не совсем я, а женщина, чьи имя и воспоминания я ношу. Она создала и меня тоже, но для простоты я говорю о себе как о «Мойре».
— Прошу прощения… чего? — спросил Стефан, уже сбившись с толку.
— Я потом кое-что из этого проясню, — сказала ему Пенни. — А пока, пожалуйста, продолжай, Мойра.
— Волшебники Сэнтиров специализировались на создании магических интеллектов. Искусственных разумов, созданных исключительно из магии. В те времена был волшебник Иллэниэл, одарённый чародей, который изобрёл чары, способные делать эти разумы перманентными. Его и моей целью было создание бессмертного слуги, могучего и всегда бдительного, чтобы защищать человечество, — сказала мойра, подавшись вперёд, когда в ней разгорелся энтузиазм к этой теме. — В некоторой степени, мы достигли успеха. Хотя большинство из вас в курсе, то, что случилось с нашими созданиями после нашего ухода, бросило тень на наш успех.
Пенни перебила:
— Какое это имеет отношение к Морту?
