— Что молчишь? — сделав паузу в нотациях, спросил Император.
— Я лишь хотела помочь одиноким людям, — тихо сказала она. — Я не думала, что кто-то будет меня использовать.
— Одиноким людям помогать надо, — согласно кивнул Император — но ты могла бы прийти ко мне, и мы бы всё организовали с пользой для рода. А сейчас купоны стригут другие.
— Я виновата, — понуро ответила принцесса.
— Виновата, а теперь скажи мне, кто тебя надоумил сниматься полуголой в клипах? Сейчас вся столица обсуждает, почему у принцессы маленькие сиськи.
— Отец, — вмешался Виктор.
— Что отец? Ты комментарии читал про свою дочку?
— То хейтеры, — встряла Катарина. — Они всегда сиськи обсуждают.
— Так, всё, уйди с глаз долой, — сердито сказал Император.
И Катарина, с поникшей головой, вышла из кабинета.
— Ну и зачем это надо было устраивать? — спросил Виктор, когда его дочка вышла из кабинета.
— Затем, чтобы держала в голове, что всё не так радужно, как кажется, — пробурчал Карл.
— Отец, мы её держим в чёрном теле. Неудивительно, что она сорвалась. Удивительно, что только сейчас.
— Да, понимаю, я понимаю, просто она должна всегда помнить, кто она.
— Она подросток, с которого мы не слезаем, а тут веселье и пляски, что хочешь, чтобы она сделала?
— Я хочу проверить одну теорию.
— Какую? — поинтересовался Виктор.
— Что бы сделала прежняя Катарина? — спросил его Карл.
— Ну, я думаю, она прекратила бы общение, это как минимум.
— Вот, а я говорю, что она позвонит ему.
— Ты поставил её телефон на прослушку? — ужаснулся Виктор.
— Нет, конечно, но куда она идёт и кому звонит, я буду знать.
Виктор лишь покачал головой.
— Сын, ты не понимаешь, кто такие Шмитты. Я не уверен, что есть хоть один клан, кто выстоит против них один на один. Если они — наш противник, то я хочу знать, где и с кем моя внучка проводит время.
— Всё так серьёзно? — спросил Виктор.
— Более чем. Как минимум, половина аристократов Империи у них в долгу. Лекари, может, и не боевики, но поверь, это огромная сила.
— А что с Синдикатом? — помолчав, спросил Виктор.
— Наверное, решили легализоваться, вот и придумали себе партию, — усмехнулся Карл.
— И что это за партия?
— Партия пенсионеров, прикинь. Даже я удивился, но похоже, у них есть хороший шанс.
— А мы что? — спросил Виктор.
— Поддержим, конечно, — ответил Император.
— Поддержим Синдикат? — удивился наследник.
— Конечно, против Шмиттов нам нужна любая помощь.
****
Катарина шла к себе в комнату и была вне себя. Он её тупо использовал для своих целей. Ну сейчас она ему выскажет всё, что она о нём думает. Она достала телефон и набрала номер.
— Привет, Катарина, как твои дела? — раздалось с другого конца.
— Мои дела? Мои дела просто отлично, ты не хочешь ничего мне рассказать? — ядовито спросила она.
— Ммм, мы вчера хорошо оттянулись?
— Оттянулись? А то что ты использовал меня для своих целей, это как?
— Для каких целей? — удивился Патрик.
— Это была политическая акция! И ты использовал мой род для этих целей.
— Катарина, а ты ничего не путаешь? Ты вроде, как сама попросила в ней участвовать.
— Ну и что? Ты должен был меня предупредить! — немного сбитая с толку, ответила она.
А ведь действительно, Патрик её не приглашал. Ну и что? Зная её положение, он должен был предупредить! Или не должен? Как он говорил? Если ты девушка Катарина, то приходи, а если принцесса, то нет. Чёрт, ну почему так всё сложно.
— Катарина? С тобой всё в порядке? — участливо спросил Патрик.
— Дурак! — сказала она и отключилась.
Посмотрев на телефон, она с силой швырнула его об стену. И упав на кровать, заревела.
****
Я с удивлением посмотрел на свой телефон. Что это сейчас было? Позвонила принцесса и закатила мне истерику. Что хотела? Непонятно. А может уже легализовали лёгкие наркотики, а я не знаю? Нее, вряд ли. Скорее всего, месячные. Помотав головой, я прошёл в салон. Ночевали мы у Дома и Клауса.
— Как дела, народ? — поприветствовал я всех.
Странно, парни сидели перед телевизором и смотрели какой-то боевик. А вот девчонки расселись по периметру и уткнулись в свои телефоны.
— Ах-ха-ха, а он и так может, — засмеялась Ками.
— Прикинь, — ответила Инга.
— Ммм, а что здесь происходит? — спросил я.
— Сексизм, — мрачно ответил Том.
— Сексизм? — удивился я.
— Да, они создали свой чат и обсуждают наш перформанс.
— Ммм, ну так создайте свой, в чём проблема? — ещё не понимая в чём суть, предложил я.
— Ты смерти моей хочешь? — спросил Тони.
— Умничка, всё схаватывает на лету, — промурлыкала Ками со своего места.
— Вау, а как так можно? — вскрикивает Сара.
Тут до меня доходит, что конкретно они обсуждают.
— Извращенки! — вынес я вердикт.
— Пфф, это я себе нашла монаха, а тут жизнь бьёт ключом, — ответила мне Сара.
— Учись, лет через двадцать он придёт к тебе, и ты ему покажешь горячий еврейский секс, — сказала Инга.
— Инга!!! Ты же аристократка? — удивился я.
— И что? Я не человек что ли?
— Том, хоть ты скажи что-нибудь? — попросил я.
— Если я скажу, то меня отлучат от тела, — пожал плечами друг.
— Ммм, нет, на это он не способен, — смотря в чат, сказала Сара.
— На что я не способен?
