- Нет, милочка, пока мне понимать абсолютно нечего, - отрезал л-профессор. - Вы, как вижу, вполне здоровы, а понимать и воспринимать мне нужно больного, и на вас я отвлекаться не буду, и не надейтесь. Провалы в памяти, это, знаете ли, дело наиобычнейшее. Но опасное. Ага, а это значит, супруга занедужевшего? Очень хорошо!
Профессор доброжелательно покивал товарищу Крупской.
- Врач? Так пусть же проходит, - потребовал из спальни очень знакомый голос...
Катрин было стыдно. Она оказалась в гостиной - обеспокоенные хозяйки пригласили выпить чаю. Было им, конечно, не до гостей, да и чай был остывший. Но приходилось сидеть и ждать.
- Как он? - пытаясь прогнать неловкость, спросила шпионка.
- Порывается немедленно ехать в Смольный, - убито ответила супруга вождя. - Уверяет, что вполне здоров и его присутствие в штабе восстания жизненно необходимо. У вас ведь есть автомобиль?
- Машина есть, но ехать без охраны неосмотрительно, - уклончиво ответила Катрин. - На улицах изрядно стреляют.
- Но у вас же есть револьвер?! - Фофанова очевидно нервничала. - Вы же из Общего орготдела, так? Мы проскочим до красногвардейцев!
- По улицам проскочим, водитель у нас лихой, - согласилась Катрин. - Проблема возникнет в Смольном. Есть основания считать, что Ильича там ждут не только партийные соратники. О подготовке взрыва вы наверняка слышали. Враг ждал прихода Ленина. Пропускной режим в штабе только налаживается, полной безопасности мы пока гарантировать не можем.
- Но мы Владимира Ильича не удержим. Он рвется в Смольный, - в отчаянии призналась Крупская. - Нужно ехать.
Катрин было неловко - она здоровая, высокая, в дурацких форменных портках, с двумя пистолетами за поясом, сидела между двух не очень молодых, не очень красивых, абсолютно безоружных женщин, лгала им в лицо, и не могла понять, откуда в них такое бесстрашие и дерзость. Поистине, были времена, коих нам уже не понять.
- Надо все-таки выждать, - промямлила шпионка. - Пока идут переговоры, пока ничего определенного не решено. Давайте завтра? Выделим надежную охрану, вот начнет свое заседание съезд Советов...
- Вы не понимаете. Восстание медлит, и мы можем потерять все. Если понадобится, он отправится в Смольный в одиночестве, - упрямо повторила Крупская.
- Товарищи, это будет крайне рискованное решение, - заявила Катрин. - Это я вам как специалист по антитеррору говорю. Мы обязаны обеспечить прибытие в Смольный здорового, полного сил и энергии Ильича. Настоящая работа только начинается. Да, сейчас время винтовок и револьверов, но это короткий период. А потом годы, нет, десятилетия упорного труда. Годы строительства, политического и хозяйственного, годы настойчивого укрепления обороноспособности, упорные битвы за урожай. Пистолеты скоро вернутся в кобуры. Ну, мы крепко на это надеемся.
Женщины посмотрели на выпирающую из-за пояса обманщицы рукоять маузера, Надежда Константиновна вздохнула:
- Только бы он сам не побежал в Смольный. Знаете, давайте все-таки выпьем чаю и перекусим. Просто удивительно - такое тяжелое время, и вдруг такие пряники. Нужно доедать, завтра может быть не до лакомств.
Поставили чайник, а Катрин пыталась расслышать, о чем говорят в комнате.
- Язык ваш меня беспокоит, - признался профессор, кидая в саквояж стетоскоп. - В остальном вполне ничего. Порадовали старика. Я, правда, специалист узкого профиля, но рад за вас вполне искренне.
- Но почему я так долго спал? Это абсолютно ненормально, - сказал вождь, одеваясь.
- Э, батенька, не смешите. Серьезнейшее нервное переутомление - вот и вся разгадка. Нужен отдых. Краткий, но абсолютный.
- Об этом не может быть и речи! - решительно заявил Ленин, хватая галстук. - Ситуация архисложнейшая.
- Я, дорогой вы мой, вне политики, - заверил профессор, извлекая из кармана отличную пеньковую трубку. - Но это не значит, что окончательно выжил из ума, ничего не понимаю, не знаю и вовсе не читаю газет перед обедом. Узнать вас не так сложно, господин-товарищ Ульянов. Паричок, кстати, недурной. Стильно и весьма.
- Благодарю. Выпишите мне каких-нибудь порошков и микстур, и я пойду.
- Выпишу, отчего же не выписать, - заверил, пожевывая незажженную трубку, доктор узкого профиля. - Но куда изволите так спешить, если не секрет? Впрочем, молчу-молчу! Несомненно, в Смольный, руководить красными гвардейцами и отчаянными кронштадтцами. А между тем, если позволите старику словечко сказать - не тем вы, дорожайший Владимир Ильич, заняты. Нет, не тем! Мельчите-с!
- Вы полагаете? - заинтересовался вождь. - У нас тут, знаете ли, вооруженное восстание намечается. Неординарное событие, прошу заметить.
