Октябрь же была чужой и к тому же задавала вопросы, а это всегда вызывает подозрения. Именно поэтому она то и дело попадала впросак — срабатывала своеобразная защита. И чтобы преодолеть эту защиту ей был нужен кто-то, кто был бы в этом мире своим; знал, как устроен этот механизм, и где находятся его слабые места.
Однако в этом-то и заключалась проблема. Кто? Октябрь никого не знала в этом городе, разве что…
Она вспомнила про незадачливого вора, в первый день у гаваней стянувшего у нее кошелек. Говоря прямо, знакомство вышло несколько странным, однако в случае необходимости он обещал свою помощь. В сложившемся же положении особенно выбирать не приходилось…
Вот только была одна небольшая загвоздка: сколько Октябрь ни напрягала память, она никак не могла вспомнить его имени.
Впрочем, это было не так уж и важно. Главным было, что Октябрь знала, как его найти.
И теперь отправлялась в порт именно за этим.
Нужное место она отыскала без труда: запомнила дорогу еще в первый раз.
Бар лишь недавно открылся и внутри было пока что малолюдно, если не сказать — пусто. Всю публику составляли два старика за угловым столиком играющие в "ходы-и-линии" да потрепанный пьянчужка, мирно дремавший у дальнего конца стойки.
Навалившись на стойку, старый бармен от нечего делать следил за ходом игры. Когда Октябрь вошла, он обернулся в ее сторону и, кажется, узнал.
Пройдя разделявшее их расстояние, Октябрь села на высокий трехногий табурет напротив.
Бармен вопросительно посмотрел на нее.
— Пива, — сказала она и обернулась в сторону играющих как раз в тот момент, когда один из противников снял у другого сразу шесть фишек.
Улыбнувшись происшедшему, бармен выставил перед ней зеленый бокал с пышной пенистой шапкой. Октябрь сделала глоток: пиво оказалось холодным и чуть горьковатым.
— Мне показалось, ты меня узнал, — сказала она после.
Старый моряк кивнул.
— Смелая мадмуазель с необычным именем. Такое сложно забыть. Вы очень понравились моему приятелю.
— Как раз о нем я и хотела поговорить. Как мне его найти? Он сказал, что если понадобится, спросить тут.
Бармен поднял бровь.
— Снова какие-то проблемы?
— Да, но на этот раз не с ним. Так где он живет?
Бармен не торопился отвечать. Протирая краем передника надтреснутую кружку, он несколько мгновений всматривался Октябрь в лицо, словно пытаясь что-то в нем угадать.
— В разрушенной часовне в паре кварталов отсюда, — наконец сказал он. — Только знаешь, сестренка, боюсь старине Меррику сейчас не до тебя. Ему вполне хватает своих неприятностей, чтобы не ввязываться в чужие.
Меррик, вспомнила Октябрь. Точно, Меррик. И на этот раз попыталась поглубже впечатать имя в память.
— Да? И что с ним?
— Долги.
Октябрь сделала внушительный глоток.
— Ну, это не такая уж большая беда. И если он задолжал не больше, чем стоит его помощь, думаю мы разберемся. Так ты говоришь, в старой часовне?
Старый моряк кивнул, улыбнувшись лишь самыми краешками губ. Октябрь в три захода допила пиво.
— Что ж, спасибо, — сказала она.
И, расплатившись, вышла из бара.
Редакция "Глашатая" занимала невзрачное здание красного кирпича в дюжине кварталов от центра. И даже в этот поздний час в ее коридорах все еще было людно и шумно. Внутри витали знакомые запахи чернил, табака и свежих новостей.
Уверенно двигаясь среди знакомых и незнакомых лиц, Сот Эрн направился прямиком в сторону кабинета главного редактора. По пути он поздоровался с несколькими приятелями и игриво подмигнул Агнесс, молодой миловидной секретарше.
Кабинет Папы располагался в дальней части здания. Перед его дверями Соту встретился еще один знакомый — Йозек Вайс, начинающий литератор. В свое время Сот помог ему устроить в "Глашатай" несколько очерков из жизни городского дна, после чего парень стал периодически приносить что-то новое, но, за исключением первой удачи, напечататься ему удавалось редко. Сейчас Вайс выглядел не самым лучшим образом: бледная кожа, ввалившиеся, обведенные темным глаза, сальные волосы — казалось, он болен.
Он стоял в глубокой задумчивости, словно оцепенев, и сжимал в правой руке какие-то бумаги.
Сот поздоровался.
— Господин Вайс, с вами все в порядке? — спросил он. — Вы скверно выглядите.
Очнувшись от своего странного состояния, Йозек Вайс посмотрел на него, словно бы заметив лишь сейчас.
— А, господин Эрн, очень рад… — произнес он. — Да, да, не беспокойтесь… Со мной все в порядке… То есть не совсем… Кажется, я немного болен.
Он неуверенно улыбнулся, отчего выражения лица приняло крайне жалкий вид
— Вам нужно доктора, — наставительно произнес Сот. — Вы были у доктора?
— У меня нет на это денег. Да и все не так уж серьезно. Меня лишь слегка знобит — думаю, это скоро пройдет. Обычная лихорадка.
Он хотел еще что-то сказать, но передумал и осекся.
Сот тоже молчал. Повисла неловкая пауза.
— Вы сейчас от старика? — после спросил он.
