А режим менять нужно было довольно срочно: шестичасовая разница во времени между Москвой и Пхеньяном не считалась веским основанием отлынивать от работы, Сережа вообще у себя в институте оставил сообщение, что недоступен будет всего один день — так что все мы, хотя и с некоторым трудом, в кроватки отправились в десять вечера по местному времени. И мелатонин уснуть всем все же помог! То есть я-то и не сомневалась, в «прежней жизни» довольно часто его использовать приходилось (и именно при перелетах в дальние края), но я не сомневалась в себе — однако и дети все же нормально поспали. А то, что все проснулись в шесть по корейскому времени — это уже было терпимо.
Плохо было одно: рабочий день в Москве начинался в три пополудни, но я и Сережа воспользовались советом советского детского поэта, то есть «он еще поспал немножко» — и ровно в десять по Москве мы занялись обычными делами. Все же связь действительно уже «протянули», не совсем еще быструю, но работать уже было можно. А в знакомый домик поблизости от столицы и кабель протащили уже, и поставили несколько компов. Так что голосовая связь работала без перебоев — и я смогла восхититься, насколько качественно работает КГБ: Лена сообщила, что они уже успели найти, где печатались «деньги» и в ближайшее время, в чем она была уже совершенно уверена, они найдет и тех, кто этими бумажками рассчитался с тупыми абреками. И меня удивило лишь то, что «деньги» были напечатаны в Киеве… хотя и не очень-то и удивило.
Сережа сразу в работу включился, а я все же слегка притормозила. То есть разборки с криминалитетом притормозила: все же там люди знали, что и как делать, а в Выгоничах — как раз когда мы летели в Пхеньян — была запущена первая очередь АЭС (причем на полгода раньше и без того невероятно короткого планового срока) и я занялась решением вопросов относительно «ускорения» запуска второй очереди Брянского завода микросхем. С дедом занялась, и он смог меня убедить в том, что расширять завод в самом Брянске все же не стоит: у него, оказывается, были составлены обширные планы по развитию городка Жуковка, и там новый завод полупроводников был уже включен в план. А еще он не только договорился с товарищем Первухиным, но и даже приступил к строительству возле Жуковки еще одной «малой АЭС», поэтому у меня состоялся и серьезный разговор с министром Средмаша:
— Михаил Георгиевич, мне тут сообщили, что в Брянской области вы досрочно АЭС запустили, могу я поинтересоваться, какого черта вы там так спешили? И кто ответит, когда эта станция на воздух взлетит? Я что-то не верю, что АЭС можно нормально выстроить за такое время… а вы еще подписали с КПТ договор на постройку еще одной такой же станции, причем пуск ее вы назначили уже через три года. Это как прикажете расценивать?
— Вы напрасно волнуетесь, Светлана Владимировна. Если вам интересно, то подъезжайте ко мне, я вам все подробно расскажу и даже покажу…
— К вам я заехать в обозримое время точно не смогу, а говорим мы по защищенной линии, так что я слушаю.
— Ну, как хотите. Насчет сроков собственно строительства, то тут все просто: в Райнсберге мы почти такую же станцию строили, все положенные шишки набили, поняли, как делать правильно — и сделали, в два года уложились легко: там же, в Брянской области, промышленность стройматериалов очень хорошо развита, почти все нужное на месте и получили. Электрическую часть мы взяли уже серийную: нужные турбины для, как вы называете, дровяных ТЭС в Калуге изготовили, теплообменники в Таганроге по полностью отработанной технологии, а с прочим оборудованием нам сильно помогли брянские же заводы. Что же до котла, так товарищ Африкантов таких, как выяснилось, в состоянии по три штуки в год делать… теоретически может, а котлы небольшие, их всего-то нужно было с завода привезти, на место поставить, загрузить — и почти сразу и включать. Но вам и тут волноваться не стоит: первый котел мы пока вывели на минимальную регулируемую мощность, в штатном режиме он только через полгода работать начнет. Как раз когда подойдет время пуска второго котла…
— И вы абсолютно уверены, что все там пойдет нормально?
— Мы считаем, что ничего серьезного случиться… не случится ничего плохого. Разве что на несколько дней отклонимся от графика вывода на полную мощность, но это явление в значительной степени прогнозируемое. Что же до строительства новой станции, то с товарищем Соболевым мы все вопросы уже согласовали и считаем, что его предложение выгодно и нам — имею в виду Средмаш в целом, и области, и всей стране. Сейчас у Игоря Ивановича есть возможность изготовить еще два таких же котла, и такая работа во-первых загрузит его производство, то есть не получится лишних простоев, во-вторых, обеспечит дополнительную исследовательскую базу…
— А мне нужны не исследовательские, а просто работающие электростанции!
— И они именно такими и будут. Но каждая новая площадка…
— Я поняла. Тогда еще один вопрос: вы договорились с Соболевым о постройке двух таких станций.
