Острый язык дочери кракена, видимо, часто приносил своей хозяйке проблем, отчего, стоило ей только поставить точку в собственных словах и постфактум осознать, что и кому сказала, как вновь покрылась пятнами. Но я уже не сдержался и громко рассмеялся.
— Ну-ну, миледи. Видимо от того, что Вы в восторге от мужчин-островитян, вчера Вашу постель грела малышка Энн!
Яра стала пунцово-красной и, пряча взор да развернувшись на каблуках, попыталась банально гордо-возмущённо уйти прочь. Вот же выверт психологии! Наверняка, ещё недавно эти милые ручки резали глотки неудачников в открытом море, а их хозяйка вела в бой толпу неоднократно отпетых головорезов. А сейчас? Смущена уколом в свои сексуальные предпочтения, о которых, скорее всего, все и так в курсе.
— Леди Аша, — Грейджой остановилась и с вызовом посмотрела в глаза, — передайте лорду Харлоу, что я с удовольствием встречусь с ним и побеседую.
Аша отрывисто кивнула, и чуть ли не сбежала.
Вновь душный поздний вечер опустился на столицу, слабый ветер трепал легкие шторы, скрывая мою прислонившуюся к окну фигуру. Вдалеке, на востоке, собираются грозовые тучи, а воздух полнится озоном. Грядёт буря. Но, несмотря на захватывающий вид на Черноводный залив, что открывается из моих покоев, мысли мои были далеки от этих мест.
Признаться, реальная жизнь сильно влияет и переворачивает твоё отношение к тем или иным людям, несмотря на искусственно вложенное Мартином или киноделами то или иное отношение к отдельным персоналиям. Взять те же Железные острова. Что нам показали? Отбитые фанатики, садисты и головорезы. А по факту — отбитые фанатики, садисты, головорезы и ещё целая когорта народа, отличного от своих сородичей и искренне желающего перемен. Но инициативы этих людей душат как изнутри, так и снаружи, выкорчёвывая на корню и обрекая целый народ на конкретную судьбу. Осталось только понять, тут правит злой умысел или банальная глупость.
Воинственные железнорождённые в своём вечном «возбуждённом состоянии» являются перманентной угрозой для лордов западного побережья. Заставляя последних тратить колоссальные ресурсы для обороны своих угодий и торговых путей, что, естественно, их ослабляет. Стоит только Тиреллам или Ланнистерам почувствовать силу в своих руках, как на них нисходит девятый вал из Закатного моря, и лелеющие громадные амбиции великие лорды вынуждены бросать всё и отбиваться от очередного штамма «чёрной чумы». Что не может не приносить удовлетворение «восточным» лордам. А ведь проблему с железнорождёнными можно было решить ещё десять лет назад! Раз и навсегда замирить регион. Взять больше заложников, заселить острова людьми с материка и наоборот. Банально купить местных лордов. Да и много чего можно было бы придумать, но неким силам был выгоден текущий статус-кво. Среди этих сил был и Джон Аррен, который не мог не знать о том, что готовится на островах, и куда будет нанесён первый удар. Предупредил ли Джон Тайвина? Сомневаюсь. Старого льва оттаскали за хвост, лишив его как военного, так и гражданского флота, на долгое время привязав всю торговлю западных земель к Королевской гавани, если уже не навсегда. Хотя… может, я себя накручиваю? Ищу двойное дно там, где его и не должно быть вовсе.
Строя теории заговора, я не сразу обратил внимание на странное шебуршание. Большинство свечей уже погасло, отчего в покоях царствовал полумрак, но мои глаза, привыкшие к потемкам, хорошо рассмотрели маленькую крадущуюся тень. Когда маленький шпион приблизился к моему столу, мне удалось его рассмотреть. Шпион оказался шпионкой. Девочка лет десяти, вся замызганная и в саже, одетая в лохмотья. Она аккуратно, ничего не трогая, стала рассматривать разбросанные на моём столе письма и отчёты, замирая над каждым по несколько минут. Неужели запоминает содержимое?
В следующий момент пташка, а никем иным она быть не может, достав из-за своих лохмотьев кусочек бумаги, приблизилась к большой шкатулке, где я храню свою почту и, открыв её, аккуратно положила туда. Скорее всего, вернула что-то. Дитё уже хотело убегать, как заметило на подносе славный кусок ветчины. Оглядевшись, пташка приблизилась к подносу, взяла аккуратно лежащий рядом нож и отрезала тоненький кусочек, торопливо запихнув его в рот. Постояв в сомнениях над ветчиной, девчушка аккуратно отрезала ещё кусочек, ещё и ещё.
— Можешь доесть. — Раздался громом мой голос по покоям.
Пташка замерла соляным столбом. Было видно, как она учащенно дышит, боясь пошевелиться, но, пересилив себя, медленно повернулась в мою сторону. Глаза были расширены от ужаса и, казалось, занимают добрую половину лица. Измождённого и истощённого детского лица. Медленно выйдя из своего тёмного угла, подошёл к столу и расположился в кресле, не спуская взгляда с вторженца. Чувство жалости, глядя на этого бедного ребенка, больно кольнуло сердце. Варис, сколько угодно может рассуждать и убеждать, как он верен королевству и обычному народу, но использовать детей? Да ещё так…
— Покажи язык!
Девочка вздрогнула, но послушно открыла рот, показывая обрубок.