Животные, даже хищники, стремились избегать встреч с людьми и почти никогда не нападали первыми, особенно медведи. Йонас почти со стыдом вспоминал свой рассказ в таверне, удивляясь, как ему могли поверить. Медведи, будучи собственниками, не делили территорию друг с другом и уж точно не нападали парами.
Впрочем, тогда Йонас был изрядно пьян, как и окружавшая его публика. И сейчас во внутреннем кармане жилетки у него лежала фляга с настойкой. Он подумывал отпить немного для храбрости, но сейчас для него значимым мог оказаться каждый шорох, и он не мог позволить себе замутнить сознание.
Солнце скрылось за тучами, и Йонас плотнее укутался в плащ. Озябнуть получилось быстро, а живот сводило, но теперь не от голода. Он чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Звук собственного дыхания казался слишком громким.
Мелкими каплями заморосил дождь, и Йонас тихо выругался. Сапоги и без того хлюпали от сырости и не согревали ноги. Такой дождь мог идти долго, а это значило, что стемнеет быстрее. У него оставалось не так много времени.
Ходить по лесу в темноте он не решался. Даже обострившийся с годами слух не спас бы его от внезапного нападения. Сейчас, несмотря на непогоду, он мог рассчитывать на помощь со стороны – вдруг проедет чья-нибудь карета, или ему повстречается какой-нибудь охотник. В темноте же он остался бы со своими страхами один на один.
В правом сапоге – Йонас нагнулся и проверил, – как и всегда, был заткнут нож. Крепкий, с удобной рукоятью, он не раз выручал его из беды. Его Йонасу подарили в честь первой охоты. Тогда он был еще совсем молодым и полагался на свой лук. Острое зрение и твердая рука помогали ему стрелять без промаха, и он страшно гордился собой. Из многих других охотников он единственный не нуждался в ноже, чтобы добивать дичь.
Он принял подарок в тот день и только через много лет понял, что наставник говорил не только о стрельбе. Нож действительно пригодился ему, когда на Йонаса напал волк. Раненый зверь становится особенно опасным и больше не боится людей. Волк навалился на Йонаса всей тяжестью лап и рвался к лицу, когда Йонас сумел нанести удар по его шее.
От самых позорных шрамов не смог спасти даже нож. Йонас потер занывший от дождя копчик и с неменьшим удовольствием погладил бы свою уязвленную гордость, но вдруг услышал треск и резко обернулся. Дыхание перехватило. Из-за мелкого дождя в лесу поднимался туман. Сквозь белую пелену силуэты высоких деревьев казались темнее. Ветки медленно покачивались на ветру. Медленно вдыхая, он старался успокоить себя. Всего лишь треск веток – его часто можно услышать в лесу.
Йонас попытался представить Олененка. Она наверняка нашла бы забавным его страх, а ветви показались бы ей лапами огромных чудовищ. От мыслей о ней страх отступил.
Он усмехнулся, оценив свою находчивость, и пнул шишку, упавшую на землю перед ним. Сердце пропустило удар и будто бы замерло на мгновение. На сырой земле, на том месте, где лежала шишка, отчетливо виднелся след чьей-то огромной тяжелой лапы: пять бороздок из-под когтей и продавленное углубление. Йонасу рассказывали, что по размеру следа можно определять возраст и рост медведя. Он осторожно ступил на него: сапог полностью провалился.
Йонас вздрогнул. Это могло значить только одно – он имел дело со взрослой, крупной особью. С огромным зверем, отныне считавшим себя хозяином леса. Йонас огляделся вокруг: он искал следы когтей на деревьях.
Если медведь проходил здесь, он должен был помечать территорию. Йонас скользил взглядом по стволам, когда одна из веток упала ему прямо на нос.
– Черт возьми. – Йонас задрал голову и оцепенел.
Он нашел то, что искал. На содранной коре виднелись царапины от когтей. Все внутри сжалось, как только он представил того, кто это сделал. Йонас вдруг вспомнил рассказ Руты. Как долго прожил охотник, встретившийся с этим монстром лицом к лицу? Успел ли хотя бы достать оружие? Кричал ли он?..
Влажный воздух словно сгустился, Йонас не мог вздохнуть полной грудью. Ноги дрожали от напряжения, и ему хотелось убежать. В «Кривой рог», в дом Руты, даже в замок – лишь бы не находиться здесь.
Липкое, гложущее ощущение расползалось по телу. Йонас достал из сапога нож и крепко сжал его во влажной ладони.
Тишину разрывали редкие вскрики птиц. Йонас медленно шел, озираясь по сторонам.
