Василий уже совсем не различал, куда они идут, где находятся. Лишь луна помогала определить границу между небом и землей. Грубый ответ женщины совсем ему не понравился, но он списал его на перенесенный стресс. В свете фонаря показалась большая темно-зеленая палатка. Старик признал в ней солдатскую палатку времен Великой Отечественной войны, весьма изношенную. Пока он пытался как следует рассмотреть ее, спутница схватила его за запястье, выхватила из ладони фонарик и потащила внутрь.
В нос Василию ударил запах сырости и плесени. В палатке было тепло. Казалось, что внутри намного просторнее, чем в обычной армейской палатке. Плотная темень не давала и без того плохо зрячему глазу различить что-либо вокруг.
– Эй! Баба, ты где?! – растерянно позвал Василий. – Ты чего творишь?
– Тут я, Васька, тут… – прошипела женщина в ответ.
Что-то упало. Старик судорожно начал бить по карманам в поисках спичек, чтобы хоть на пару секунд посмотреть, где он очутился. Он чувствовал, как кто-то ходит вокруг него, тяжело дыша. Через минуту в руках у Василия вспыхнул огонек. Он увидел, что находится в каком-то сарае, а вовсе не в палатке. Кругом царил полнейший беспорядок: везде валялись старая обувь и разноцветная одежка, удочки, спиннинги, рваные резиновые лодки, походные рюкзаки и много подобной всячины. Под низким потолком висели рыболовные сети.
– Где ты, зараза?! – в полной растерянности кричал Василий.
– Хватит орать, Васька! – громко прошептал голос. – А то придушу!
Старик осветил комнату слабеньким огоньком новой спички. Мимо него промелькнуло горбатое нагое существо серо-зеленого цвета.
– Хватит играться, иначе ноги перегрызу! – Чудовище бегало по комнате, причитая.
Василий заметил в углу свой походный фонарь. Свет от спички погас, и он вслепую ринулся в том направлении. Нажав на кнопку включения, он отчетливее разглядел весь разведенный в палатке бардак. Через пару секунд на старика двинулось сморщенное толстое существо и выбило из руки источник света. Фонарь продолжал гореть где-то в противоположной стороне, направляя свою энергию не совсем туда, куда нужно.
Но и этого слабого освещения было достаточно, чтобы понять одну печальную истину: женщины, спасенной Василием, здесь не оказалось. Только два черных блюдца огромных глаз пялились на него. Глаза жуткого существа. То ли жабы, то ли слизняка, то ли паука. У старика перехватило дыхание, кровь дятлом билась в виски.
– Ну что, спасли тебя твои сапоги? – рассмеялась жаба.
У Василия пропал дар речи. Много сказаний было передано из уст в уста, много слов произнесено за сотни лет. Но когда своими глазами видишь такое, душа замирает. Она не верит, она плачет.
– Да полно тебе! Такой, как ты, удивляться ничему не должен.
– Ты что за тварь такая? – прошептал пленник.
– Фу, грубиян! Руки у тебя пока не связаны, ходить можешь, говорить можешь. Так изволь повежливее быть! – пробубнило существо, приближаясь к Василию.
Старик сполз по стене и сжался от ужаса.
– Ты зачем к Оце пошел? А ну говори!
Тот не мог издать ни звука. Тогда чудовище наклонилось ближе и укусило Василия за ухо.
Старик схватился за укушенное место, закричав от боли.
– Олени с фермы слиняли! Оленей найти надо!
Существо тихо захихикало:
– Один точно не добежал. Вон, рога и копыта остались. – Жаба указала на валяющиеся в противоположной стороне объедки.
– Так это твоих рук дело? – набравшись смелости, спросил путник.
– Я скот не ворую. Зато за тобой и за женушкой твоей давно приглядываю… Даже не пришлось руки марать – сам пришел!
– Что тебе нужно?
– Должок за тобою имеется, Васька, – шипела жаба. – А отдавать его ты, как я погляжу, не собирался. И поперся ты на Могильный остров не только за зверьем, но и за отсрочкой! Думаешь, тебе просто так подарки делать будут? Ты думаешь, давний договор – это филькина грамота?
– Я тебе ничего не должен.
– Мне – нет. Ты самой Смерти-матушке задолжал. Это ж какой-то там пастух душу младенца из царства мертвых свистнул и сухим из воды вышел!
– Мое время еще не пришло! Зачем тогда оленей у меня уводить?
Чудище засмеялось громче.
– Ты думаешь, это Владычица у тебя рогатых уводит? На кой ей это нужно? Ей душа твоя нужна, а не животное мясо. Олени сами отреклись от людей. Я, признаться честно, не знаю, чем вы Мяндашу насолили. Но поговаривают, скоро совсем с голоду все помрете. Так что клиентская база у матушки расширится. Тебя я пока попридержу у себя, а там и время подойдет.
Теперь Васька понял, что обдурили его.
– Зачем я тебе, старый и слабый?
– За тобой красавец молодой придет, а я тут как тут! – захихикала жаба. – А тебя Владычице передам. Она меня излечить обещала. Все как нельзя лучше продумано! Мужчин мало красивых захаживает, вот и раздувает меня потихоньку. Да не от упитанности, а непонятно от чего. Пузо уже по земле волочится!
