У него в голове разворачивалась красочная картина борьбы разных сил природы. Похлеще, чем мог бы себе вообразить Булгаков, – можно было попытаться и роман сварганить. Леший с ними, с этими духами, оленями, шаманами. Невероятнее всего звучал рассказ о великой жертве отца ради сына. Особенно если учесть тот факт, что отцом являлся грубый и бесцеремонный пастух, который никогда не проявлял теплых чувств даже к своей супруге. Сразу вспомнился советский фильм «Варвара-краса, длинная коса». Сюжет, по сути, тот же. Местами даже веселый.
Коля задумался: почему во многих легендах и сказках волшебные существа изображаются отрицательными персонажами? Человек проникает на их территорию, учиняя множество беспорядков и стремясь что-то оттуда утащить, а те, кто пытается защитить свои владения от непрошеных гостей, сразу же объявляются людскими врагами? Так и хочется сказать: «Ребята, давайте жить дружно!» Оно-то и верно. Но в последнее время одна из сторон явно лукавит. И это далеко не кикиморы, водяные или как их там… А сама Смерть, кажись, решила смухлевать!
Коля также думал о том, что в истории с оленями какой-то там уговор совсем ни при чем (если он вообще был). Смысл их жизни свелся к существованию аквариумного хомячка: жить, чтобы человеку скучно не было. Или рыбы фугу (ее точно нужно попробовать, раз о ней все говорят). Коля в какой-то степени искренне порадовался за рогатых. Бог с ними, как говорится.
И если он и собирался пойти со своим дедом в промозглую тундру, то только ради спасения жизни беспомощного старика, но никак не на поиски счастливых оленей.
Очнувшись от глубоких раздумий, Коля взял в руки телефон. Он хотел было снова зайти в привычную соцсеть и провалиться в омут радужных воспоминаний и упоительных надежд, но решил, что в настоящий момент его воображение не лучшая книга для прочтения. Поэтому отложил подальше гаджет и нарыл в нижнем ящике прикроватной тумбочки сборник произведений Гоголя. Нет, «Вия» сейчас перечитывать не стоит… Он перелистывал страницы до тех пор, пока не наткнулся на заголовок «Записки сумасшедшего». Коля давно хотел прочитать эту повесть, да руки не доходили. При мысли о классической литературе в последнее время он все чаще говорил себе: «Прекрати рыться в этом бабушкином сундуке, перед тобой дивный новый мир!»
Так и просидел до глубокой ночи с потрепанной книгой в руках, пока не провалился в сон.
Веки дергались от постоянных падений на сырую землю посреди каменистой тундры. Впереди виднелось огромное озеро, обрамленное со всех сторон вековыми сопками. Но сколько бы Коля ни пытался до него дойти, постоянно ускоряя шаг и все больнее падая на ягель, расстояние нисколько не сокращалось. А потом и вовсе на землю опустился туман.
Теперь Коля шагал практически вслепую. Вдалеке послышался грубый мужской голос. «Да это ж Василий!» – подумал было путник. Но чем быстрее он приближался к источнику звука, тем отчетливее слышал, как кто-то играет на гитаре. Когда Коля подошел еще ближе, то увидел пылающий костер, а около него… Высоцкого? «Не потеряй веру в тумане, да и себя не потеряй…»[16] – рычал тот. Увидев незнакомца, бард прервал исполнение и спросил: «Что это у тебя, братец, в голове всегда ералаш такой?»[17] И, как ни в чем не бывало, продолжил петь.
– Ну, Колька, сколько можно, вставай уже! – барабанил в дверь Георгий.
Выстрелы из дробовика заставили проснуться бродящего в тумане Колю. Спросонья он не мог понять, каким образом выбрался из бесконечного леса, но вскоре зацепился за границы реальности.
– Ага!.. – попытался как можно громче ответить он.
– Как всегда! Будильник научись заводить!
Коля любил раннее утро за его тишину и таинственность, за пустые дороги и горящие лампочки в кухонных окнах, за одинокие светофоры и свежий воздух. Однако магия сегодняшнего утра разрушалась непрекращающимся бухтением.
– Сколько можно с кофями возиться? Некогда смаковать! Лучше бы грудинки с маслом побольше нагрузил в рот!
А кто знает, как долго еще придется обходиться без любимого напитка? Идею про бутерброды с холестерином молодой желудок поддержал. Он знал ценность подобного топлива во время энергозатратных предприятий.
Закинув оставшиеся скоропортящиеся продукты в свой рюкзак, Коля направился к машине, но дедушка его остановил:
– Куда потащил? В машину? Тут всего четыре километра до Ловозера! Лучше сапоги вон те примерь. – И указал на дальний угол.
Коля разочарованно опустил свою поклажу и принялся ковыряться в обуви.
