– Тайга и поля, – ответил я. – Указал, что, возможно, в том месте было депо или какой-то пункт погрузки. Может, это и стало причиной, почему там мост и дорога пропали с карты. Ты лучше сюда посмотри, – я провёл карандашом прямую линию от точки, которая нас заинтересовала, на восток. Там расположилось приграничное озеро Ханка, на восточной стороне которого уже была территория СССР. – Мне кажется, ту дорогу построили до озера, чтобы там быстро пересесть на катер и переправиться на наш берег.
– В таком случае им было проще дорогу проложить. Зачем с «железкой» заморачиваться? – спросил недоверчиво Добролюбов.
– Да кто ж их знает? Может, рассчитывали на выгодную торговлю с Союзом, – заметил я. – Теперь уже и не узнаем.
– Ну, узнать-то можно, только придётся заводить знакомства в Эрренбане, а у меня там никого нет, – заметил Кейдзо.
– На это нет времени, – коротко подвёл черту опер. – Выдвигаемся. Судя по карте, до Эрренбана ведёт просёлочная дорога. Вот тут пересекает реку. Наверное, там тоже мост. Хотя скорее переправа.
Добролюбов постучал по капоту машины кулаком, словно принимая решение.
– Что ж, туда и отправимся.
Кейдзо кивнул:
– Это может быть опасно. В том районе могли остаться японские подразделения или даже местные коллаборационисты.
– Будь уверен, мы готовы, – сухо ответил я и ещё раз ткнул карандашом в точку на карте, чувствуя, как приходит напряжённое предвкушение. Поездка не обещала быть лёгкой, но она могла дать ответы на многие вопросы.
– По машинам, – сказал командир, складывая карту. – Если повезёт, к закату будем на месте.
Моторы заурчали, мы тронулись в путь.
Мы двигались через размытые дождями просёлочные дороги, постоянно петляя между перелесками и редкими деревнями. Тайга становилась всё плотнее, словно скрывая следы, которые могли бы привести нас к цели. Время от времени попадались заброшенные окопы и остатки японской техники, напоминая о недавних боях. К счастью, нашего тяжёлого вооружения практически не встречалось. Разве что пара сгоревших «тридцатьчетвёрок» и один мощный ИС-2. Судя по разрушениям, на танки напали смертники. В одном месте я даже рассмотрел останки одного безумца, висящие на ветвях.
Добролюбов сидел рядом, держа карту на коленях. Время от времени он прищуривался, сверяясь с направлением. Кейдзо, молчаливо устроившийся на заднем сиденье, внимательно всматривался в окрестности, словно ожидая чего-то. Вероятно, думал о том, что местные просторы кишмя кишат камикадзе.
– Не нравится мне этот участок, – пробормотал Добролюбов, указывая вперёд.
Впереди через ручей лежал старый деревянный мост. Настил выглядел ненадёжно: доски кое-где прогнили, а опоры слегка перекосило. Я сбросил скорость и остановил машину перед переправой.
– Надо проверить, – предложил я, выходя из виллиса.
Сергей подошёл первым, постучал сапогом по мосту, затем с сомнением осмотрел его со всех сторон.
– Легковушка, может, и пройдёт, если повезёт, – задумчиво сказал он.
– А если не повезёт? – уточнил я, оглядывая нашу технику. Студер с почти полной загрузкой весит под шесть тонн.
– Тогда вытаскивать её будем из ручья, – буркнул Сергей, нахмурившись.
– Грузовик тоже будем на руках выносить? – хмыкнул я, но опер мой юмор не оценил.
Кейдзо подошёл ближе. Он сел на корточки, поднял одну из досок и осмотрел её снизу.
– Этот мост строили для перевозки леса, – произнёс он спокойно. – Давно уже не ремонтировали. Вряд ли выдержит даже виллис.
– Значит, придётся идти пешком? – спросил я у Добролюбова. Он командир, пусть сам решает.
Тот пожал плечами:
– Отсюда до Мулинхэ ещё два километра. Будем искать брод.
– Значит, придётся идти пешком? – спросил я у Добролюбова. Он командир, пусть сам решает.
Сергей собрал весь отряд и быстро отдал приказ. Две группы – одна вверх, другая вниз по течению. Каждой указал, сколько времени отводится на поиск. Мы с Кейдзо остались на месте, а сам опер пошёл с первой группой.
Ожидание тянулось, и я невольно стал рассматривать окрестности. Влажный воздух дышал сыростью и, земля под ногами слегка пружинила. Кейдзо сел на камень, отряхнул пыль с сапог и молча наблюдал за лесом. Я подумал вдруг, что несмотря на его согласие помогать, а ещё годы работы на нашу разведку, всё равно не могу ему полностью доверять. Предубеждение у меня против японцев. Неискренние они. Все с каким-то двойным, тройным и так далее дном.
Может, я и не прав.
Через полчаса обе группы вернулись. Те, что пошли вниз по течению, доложили:
– Нашли мелкое место. По виду – брод.
Сергей быстро оценил их слова, кивнул и махнул рукой:
– Поехали. Там посмотрим.
Вскоре мы снова сели по машинам, осторожно двигаясь вдоль берега. Дорога напоминала скорее направление – бугры, ямы и корни деревьев то и дело заставляли сбрасывать скорость. Кейдзо несколько раз выглядывал из машины, чтобы убедиться, что колёса не провалятся. Причём больше его интересовал идущий следом студер. Мы-то что, лёгкие. Вот грузовик – дело другое, он если закопается по самую ось, вытаскивать будем долго, если вообще получится.
