Олеся. Сожженные мечты полностью

Так и получилось: именинница не возражала, а Олеся с Наташей, в свою очередь, старались как можно меньше попадаться взрослым, как они считали, девушкам на глаза. Покушав, девчонки перебрались в коридор, где говорили и курили больше обычного. В пылу общего веселья о них как-то забыли, и решение напроситься ночевать созрело у Олеси само собой. Оля, переживавшая в равной степени и за Наташу с ее подружкой, и за спокойствие в отчем доме, идею охотно поддержала, с кем-то быстренько договорилась. В результате для Олеси нашлась свободная кровать в одном из блоков.

Ну, а дальше произошла вполне обычная для общежития и его обитателей история: к Олесе Воловик привыкли.

Утром девочка сама, без подсказок, помогла имениннице убраться в комнате, помыла пол и сбегала в магазин. Уже до конца дня девушки-первокурсницы настолько прониклись Олесей, что стали воспринимать девочку не иначе, как общую младшую сестру. Результат превзошел все ожидания: в следующие недели она запросто вписалась в жизнь общаги, и единственное, что было ей необходимо делать, – это избегать встреч со злыми вахтершами. Решилась проблема просто и даже забавно: одна из новых приятельниц Олеси жила в комнате на первом этаже и впускала и выпускала девочку через окно.

Сама же Олеся старалась пределов общежития не покидать без особой необходимости, что еще больше устраивало студенток, по очереди дававших ей приют. Ведь девочка по-прежнему добровольно убиралась в комнатах, выполняла различные мелкие поручения, даже несколько раз постирала чужое белье, хотя в дальнейшем этот труд решила на себя не брать.

Поначалу девочка старалась быть как можно незаметнее, и ей это удавалось. Но вскоре ей захотелось приносить старшим подружкам бóльшую пользу, чем добровольное мытье полов и посуды – Олеся решила, что нельзя ни при каких обстоятельствах превращаться в прислугу. Потому предложила одной из девушек помочь с укладкой волос, та согласилась – и не прогадала. Приближался Новый год, ожидалось море предпраздничных вечеринок, да к тому же многие девчонки решили отмечать главный праздник в общежитии, впервые вдали от родителей и так называемых семейных традиций, предполагающих массу всевозможных ограничений.

Здесь прирожденный талант Олеси пришелся кстати, и девочка с удовольствием оттачивала свои способности на головах брюнеток, блондинок, шатенок и рыжих, на длинных и коротких волосах, кудрявых и прямых, сухих и слишком жирных. К ней приходили даже старшекурсницы, приносили свои средства по уходу за волосами. Некоторые были слишком дорогими, чтобы Олеся и ее постоянная «клиентура» могли их покупать. Но, на радость девочке, студентки великодушно дарили ей все, что оставалось: краски, муссы, лосьоны, кремы, маски, кондиционеры и прочие необходимые в парикмахерском деле средства.

Она оставалась в общаге хоть на птичьих, однако же – правах, по-прежнему кочуя из комнаты в комнату. Даже если комендант или внимательные вахтерши о чем-то и догадывались, то делали вид, что не замечают посторонней жилички. Олесю выручала предпраздничная катавасия, однако долго так продолжаться не могло. А после Рождества, накануне дня рождения, девочке снова повезло – так она, во всяком случае, считала.

Вмешалась все та же Оля, сестра подруги Наташи. Ее однокурсница с редким именем Снежана, пожив немного в общежитии, решила перебраться на квартиру. Благо, у ее родителей-фермеров такие финансовые возможности имелись. Снежане сняли одну комнату в двухкомнатной «панельке». Далеко от центра, зато всего лишь за сто долларов в месяц. Как уверяла Наташа, таких цен в Кировограде просто нет. Хозяева оказались односельчанами Снежаны, давно перебрались к истокам, рассудив, что в селе проще переживать все кризисы. Дверь маленькой комнаты заперли на замок, большую сдали дочери приятелей, очевидно, надеясь, что та присмотрит за квартирой, потому и уступили в цене.

Снежана стала частенько собирать подружек на посиделки. Захаживали на огонек и молодые люди. Один из них Снежане нравился, и она, пригласив его среди прочих на день рождения, хотела предстать во всей красе. Тут-то Оля и вспомнила про малую, которая стрижет и укладывает чуть ли не пол-общаги.

Самое удивительное: Снежана родилась в один день с Олесей. Только тремя годами раньше. Вот и должен был получиться двойной праздник…

Гостей в комнату набилось человек двадцать. За столом едва поместились, и Олеся, верная своей привычке, решила не мешать. Соорудив Снежане некую эксклюзивную прическу, которую та, пораженная, тут же окрестила авторской, девочка помогла накрыть на стол. А затем тихонько пристроилась у стены на свободной табуретке. Но шумные гости не замечали ее только до третьего тоста.

– Народ, ну мы свиньи! – воскликнула именинница, когда Вова, тот самый парень, обновил присутствующим рюмки, стопки и стаканы – все, во что можно было налить.

– Что не так? – удивился Вова, замерев с бутылкой коньяка в руке.

– У нас же сегодня еще одна девка родилась! Леська, чего ты там сидишь? Подтягивайся, скромница нашлась!