Легонько толкнула мужа в грудь, недвусмысленно показывая, чего от него хочет. Кир послушно откинулся на спину, не отводя пристального взгляда от своей девочки, а она, судя по всему, останавливаться и не думала. Целовала, дразнила, распаляла его желание все сильнее. Лавров не выдержал, прикрыл от удовольствия глаза. Окунулся в омут наслаждения и чувствовал горячее дыхание на чувствительной коже, нежные пальцы по возбуждённой плоти, кончик языка по солоноватой капле... хриплый стон удовольствия и снова ласковые губы... там
А потом шершавая ладонь на хрупкой шее. Сильные пальцы на затылке в гладком шелке волос. Вновь срывающийся стон с пересохших губ. Тяжёлое дыхание и мурашки по всему телу. Непередаваемо, восхитительно. Его любимая Ягодка подарила ему блаженство.
Он так и валялся посредине кровати, не в силах даже пошевелиться. Ксюша поцеловала его в колючую щеку и отвернулась, перебралась практически к самому краю.
Ты чего? обеспокоенно спросил. Испугался, что в погоне за удовольствием мог сделать больно или неприятно. А может, не услышал ее, а она просила остановиться?
Ничего, просто это так несправедливо. Кир, если б ты знал, как я тебя хочу, воскликнула она и даже рукой взмахнула, так хочу, что у меня внутри все сводит, до скрипа зубов хочу, а мне нельзя.
Нельзя, подтвердил Кирилл за нее, но мы ж все равно на следующей неделе врачу твоему должны показаться, может, снимет запрет и разрешит? ободряюще улыбнулся и обнял за плечи.
Может, и разрешит, вздохнула она и прикрыла глаза, пытаясь совладать с эмоциями. Ей действительно во время беременности безумно Кира хотелось. И днем, и ночью. Постоянно. Это все гормоны, наверно.
Я тебе пояс верности подарю, чтобы у тебя соблазна не было, и сам буду ходить в рубашках, застегнутых на последнюю пуговицу, дабы не смущать тебя своим великолепным телом.
Кир, блин, вот ты как всегда!
А как ты хотела?
Никак. По-другому это уже будешь не ты, прильнула к боку мужа и успокоилась, хотя его присутствие рядом возбуждало все сильнее.
К врачу они попали гораздо раньше назначенного дня. Уже на следующее утро после «ягодного десерта» Ксюша почувствовала тяжесть внизу живота и боль. Кир, недолго думая, отвез ее в больницу, а Ксюша и не сопротивлялась. Жутко испугалась и пыталась подавить дрожь во всем теле. Сама себе шептала: «Всё будет в порядке» и к малышке своей мысленно обращалась, просила, чтобы та вела себя хорошо.
Я не хочу здесь оставаться, Ксюшу все-таки оставили в больнице на сохранении.
А надо.
Он уговаривал ее, будто маленького ребенка, хотя она и так все понимала. Просто без Кира оставаться одной наедине со всеми своими страхами было жутко. Слишком хорошо помнила, как это было в прошлый раз. Она еще после предыдущей госпитализации в себя не пришла, а теперь вновь пришлось сюда возвращаться. Будто не уходила отсюда: та же больница, тот же медперсонал. Да она даже в ту же палату попала, где лежала позавчера.
Кирилл, ухватилась за его руку.
Я с тобой. Все хорошо. Ложись давай, я сам все разложу. Наклонился за сумкой и принялся вытаскивать оттуда вещи Ягодки.
Её выписали через две недели, когда появилась уверенность в том, что ни ей, ни малышу ничего не угрожает. За это время за состоянием ее здоровья следили ее лечащий врач, Лика и даже Светлана Владимировна. Мать Кирилла каждый день связывалась с доктором Ксюши и лично курировала все назначения и показания. А еще она почти ежедневно звонила невестке и узнавала о ее самочувствии из первых уст. Лика часто заходила проведать, да и Кир не обделял своим вниманием, что не могло не радовать Ксюшу.
Глава 20
Ксюша зашла в комнату и ахнула. Прикрыла ладошкой губы, чтобы не засмеяться и раньше времени не выдавать своего присутствия, но малявка, увидев её, потянула ручки и начала ерзать на груди Кира. Сердце сжалось от переполняющих душу эмоций. Дочь в свои три месяца на руках Кира до сих пор казалась крошечной. Ксюша помнит, как впервые увидела свою малышку: и улыбалась, и плакала. Никак не могла поверить в то, что наконец всё закончилось. Слишком тяжело далось ей ожидание чуда, слишком сложно у неё протекала беременность. Да еще и перспектива кесарева сечения не добавляла радости. Только уверенность Кира в том, что всё будет хорошо, спасала от страхов, помогая справляться с хандрой, которая всё чаще накатывала на Ксюшу. Их малышка появилась на свет в конце августа, чуть раньше ожидаемого срока. Как говорил Кир, его дочь ягодная малышка не могла столь важное событие отложить на осень.
Ну, и куда ты собралась? Хочешь ещё больше размазать все по папиной футболке? назидательно спрашивал кроху.
Ксюша не выдержала, рассмеялась:
Кир, что это?
Указала взглядом на проделки дочери.
Ты лучше у неё спроси, фыркнул Лавров, с трудом сдерживая улыбку.
Малышка, оставшаяся на пару минут без пелёнок и ползунков, умудрилась сделать свои дела прямо на груди у отца.
Ксюша, глядя на «подарок» дочери, вновь расхохоталась. Аккуратно забрала у Кирилла кроху и понесла в ванную:
Пойдем, мамина радость, опять будем купаться.
