Роберт Гараев, автор документальной книги «Слово пацана» (2020), ставшей основой для одноименного сериала, был в 1989–1991 годах членом казанской подростковой группировки «Низы». Он вспоминал: «Где-то с 87‐го начали ездить вот такие прямо бригадки, стайки из Казани, Набережных Челнов, Альметьевска. Приезжать на выходные на пару дней в Москву, для того, чтобы отнять какие-нибудь фирменные вещи, кроссовки, олимпийки, “аляски”, отнять денег и быстренько уехать обратно. Это была прямо такая эпидемия, страшно. Говорят, что даже Казанский вокзал как-то закрыли, потому что там собиралось несколько тысяч вот таких подростков, москвичам это тоже не нравилось».[183] Он также описывал структуру типичной казанской молодежной группировки. По возрасту группировка делилась следующим образом. «Шелуха» или «скорлупа» – это школьники 9–13 лет, осуществлявшие вспомогательные функции. Далее шли «супера», подростки 14–16 лет, составлявшие боевое ядро группировки. Они производили набеги на вражеские территории и отбирали деньги у «чушпанов» (подростков, не входивших в группировки). Затем шли «молодые» (юноши 17–19 лет), имевшие право голоса при принятии решений с кем воевать, а с кем мириться. Во главе группировки стоял «авторитет», он же «дед» или «король». Обычно это был мужчина за тридцать, с уголовным прошлым. Именно он распоряжался общаком – деньгами, которые регулярно собирали ребята для нужд группировки.[184]
Существовал неформальный «Кодекс пацана», согласно которому член группировки не должен был сотрудничать с правоохранительными органами, всегда должен был отвечать на оскорбление кулаками, даже если противников было несколько десятков, не имел права убегать от опасности и всегда должен был при встрече здороваться за руку со старшим в своей группировке.[185]
В казанские группировки входили и девушки. Их доля в конце 80‐х годов составляла почти 28 %, но они играли сугубо подчиненную роль. «Общие» девочки удовлетворяли половые потребности всех членов своей группировки. В случае отказа они подвергались физическому насилию или моральным унижениям. Вот рассказ одной из них: «Мальчики часто пускали нас на “общак”. Право требовать общих девочек было у каждого пацана за исключением тех, кого выгнали из группировки. В половую связь с общими девочками пацаны вступали поочередно в присутствии всех остальных. Если кто-либо из девочек отказывался вступить в половую связь, пацаны их избивали или становились вокруг них и прямо на них мочились – это считалось крайней степенью унижения… Часто половые акты совершались в извращенной форме…»[186] Тут необходимо добавить, что девочки из «чужих» районов, оказавшиеся на территории группировки, считались, так сказать, «законными объектами» для насилия. Многие же «общие девочки», достигнув возраста 16–17 лет, становились проститутками, крышуемыми ОПГ.
«Матренами» в группировках являлись девушки более старших возрастов (16–17 лет), которые обычно были любовницами кого-либо из лидеров и «курировали» общих девочек. «Матрены» становились соучастницами при совершении грабежей, разбоев, вымогательств и т. п.[187]
Как отмечает генерал-майор милиции в отставке Владимир Овчинский, в Казани «сначала местные мафиози использовали подростков в войнах друг с другом, замазали в крови, а потом стали посылать на более серьезные дела».[188]
Много молодежных группировок было в поволжском Ульяновске. Банды «Стародоманский», «Сапля», «Пески», «Кузинские», «Связь», УЗТС, «Вырыпаевские», «15‐й квартал» действовали в Засвияжском районе, а банда «Центр-КамАЗ» – в Железнодорожном районе. В Заволжском же районе наводили страх на местных жителей «Филатовские», «Маратовские», «Орловские», «Варфоломеевские», «Волчковские». По мнению ульяновского адвоката Ивана Миронова, превращение молодежных группировок во взрослые ОПГ было естественным процессом: «Сначала подростки дрались с конкурентами, затем начали “отжимать” бизнес, заниматься рэкетом. В большинстве случаев за такими проектами стояли взрослые». Одну из причин появления молодежных группировок он видит в том, что на исходе эпохи застоя для провинциальной молодежи были потеряны почти все социальные лифты, а в эпоху перестройки новые социальные лифты еще не заработали.[189]
