Омут полностью

Разумом Вера понимала, что это ужасно – испытывать такие чувства к собственной дочери. Точнее говоря, не испытывать чувств совсем. А ведь раньше она так любила Цвету, благодарила судьбу за ее рождение! Но чем старше становилась дочка, тем чаще Вера вспоминала заколдованный пирог с сосновым семечком. Ох, все-таки не надо было его есть…

Но Цвета же ни в чем не виновата. Она всегда старается угодить матери. Такая покорная и покладистая. Слишком вялая. Слишком скучная.

Правда, сегодня Цвета совсем другая. Но эти изменения опять не нравятся Вере.

«Так, хватит анализировать!» – приказала она себе и быстро потерла ладонью по бедру. Ощутив ткань шерстяной кофты, Вера вернулась из мыслей в реальность.

– Я сейчас в собачий клуб, потом у меня окно и занятия уже вечером. Днем приготовлю обед. Сварю овощной бульон. Тебе, наверно, захочется чего-нибудь легкого и горячего, с больным-то горлом.

– Только бульон, и все? – испуганно уточнила Цвета-с-бесом. – Но я ведь еще и не болею толком!

– Твое красное горло скажет спасибо, – возразила Вера.

– Ну хорошо, – согласилась Цвета-с-бесом, вскакивая из-за стола с кусочком хлеба. – Тогда бульон и еще что-нибудь. Пирог! – Перехватив удивленный взгляд Веры, она пробурчала: – А что? Похолодало! Организму нужно больше калорий… Ладно, я пошла одеваться и в школу!

Вера подумала, что на всякий случай надо погуглить, какие запрещенные вещества вызывают повышенный аппетит.

Едва Цвета скрылась в своей комнате, на кухню вбежали лабрадоры и дружно захрустели кормом.

– Чертовщина какая-то, – пробормотала Вера, глядя на собак, а потом невольно бросила взгляд на закрытую дверь в комнату дочери.

Цвета-с-бесом нажала на кнопку домофона, вышла из подъезда и, посмотрев на окна квартиры, увидела Веру. Та, замеченная, махнула дочери рукой.

– Какая заботливая вдруг стала, – буркнула Цвета. – Наверно, подозревает что-то.

Бесена помахала Вере в ответ и двинулась в сторону школы. Но, зайдя за угол, обогнула дом и отправилась на остановку.

– А школа? – напомнила Цвета, дернув Бесену за нить связи.

– Ай! – пискнула Цвета-с-бесом и схватилась за сердце.

Остановившись, она несколько раз глубоко вздохнула и отчитала подменыша:

– Не дергай! Это неприятно!

– Так что со школой?

– Пропустишь несколько дней, не смертельно. Особенно для тебя. На тройки ты всегда наскребешь. Скажешь, что была сама не своя, – хмыкнула Цвета-с-бесом в шарф.

Уже привычным маршрутом бес и подменыш в одном человеческом теле добрались до дома знахарки.

– Зачем тебя на этот раз к бабушке ноги несут? – спросила Цвета. – Зачастила.

Бесена ничего не ответила. Но, похоже, в этот раз не из вредности, а просто задумалась о своем.

Проходя мимо второго подъезда, Цвета-с-бесом заметила в окне первого этажа знакомое уже лицо любопытной соседки. Девушка остановилась, а потом вдруг резко прыгнула вперед и зашипела, царапая стекло ногтями.

Напуганная старуха отпрянула в темноту комнаты.

– Эй! Как я теперь к бабушке буду ходить! – возмутилась Цвета.

– Никак, – отрезала Бесена, а потом добавила ехидно: – Ты вроде не балуешь ее визитами.

Она открыла старенькую подъездную дверь.

– А если теперь захочу навещать чаще? – возразила подменыш. – У меня к ней еще остались вопросы.

– Вот я и избавила тебя от этой настырной бабульки, – хмыкнула Бесена. – Ты-то бы мямлила только и, уважая ее старость, против воли отвечала бы на неудобные вопросы. Вечно стараешься быть для всех хорошей. Но ничего путного из этого не выходит.

– Я не такая! – возмутилась Цвета.

Но Бесена ее уже не слушала и решительно позвонила в дверь.

Глафира открыла и сперва, увидев гостью, расцвела улыбкой, но потом нахмурилась, вглядываясь в девушку.

– Да, это все еще я, – сказала Цвета-с-бесом, протискиваясь в прихожую. – Не обольщайся. Но, согласись, навещаю я тебя почаще, чем родная внучка.

Цвета снова дернула нить связи.

– Ой! – скрючившись, взвизгнула девушка.

Бесену начало волновать, что Цвета умеет хоть и косвенно, но управлять телом. Где этот сонный паралич? Куда он делся, когда нужен?

Подселенка была в своем первом теле и не знала, нормально ли то, что подменыш так легко перехватывает связь. Но это было крайне неприятно. Древляница, отстраненная от управления телом, не чувствовала боли, зато Бесена ощущала все сполна. К тому же чужая воля могла помешать ее планам.

– Ты в порядке? – с тревогой спросила знахарка. – Болеутоляющий отвар сделать? Кому из вас плохо-то? Цвете, тебе или телу?

– Просто сердце кольнуло, – ответила девушка, разгибаясь. – Но уже все нормально.

– У Цветы что-то с сердцем? – забеспокоилась Глафира.

– Нет, сердце здорово, это подменыш так развлекается. Ей не понравились мои слова про то, что я тебя чаще навещаю.

Глафира хоть и мимолетно, но искренне улыбнулась бесу. Впервые за последнее время.