В нём будто вулкан бушует! Эмоции бурлят, закипают. Там и ярость, и ненависть, и далеко не детские страсти. А главное – сила… В его взгляде, в его движениях и колких словах было столько силы, что в какую бы суку меня жизнь ни превратила, интуитивно признавала его превосходство. Он как вожак в стае. Хочется пригнуть голову и идти следом, даже не спрашивая, куда и зачем! Вот я и пошла. За ним. В его постель. В его душные жаркие объятия. В его пылающую ненависть, следы от которой ещё долго не затянутся на сердце.
– Дура!!!! – заорала я во всю глотку, пользуясь моментом полного одиночества. – Не люби! Не помни! Не держи!
Любила, помнила, и отпустить до сих пор не могла. А эта ночь сделала только хуже! Металась по квартире, пытаясь собраться с мыслями и уже, наконец, одеться. Вытянула из шкафа синий костюм, он был только на первый взгляд строг и пресен. Но вместо стандартного пиджака была довольно откровенная жилетка, подчёркивающая и изящность женских рук, и красоту груди, и тонкую линию талии благодаря тесному прилеганию по типу корсета, а широкие брюки-палаццо подчеркивали разлёт бёдер. Я давно убедилась в том, что на переговорах с мужчинами глупо не пользоваться дарами природы, сухой разговор приобретает налёт интереса, их взгляд становится мягче, а решения теряют свойственную им категоричность.
Смахнула с комода нужную мелочь в сумку, схватила туфли, а когда открыла дверь квартиры, то практически впечаталась в свою подругу.
– Тая! – зашипела я и буквально повисла, сжимая руками её шею так, что ее визг запутался в тугом хвосте завитков моих волос. – Где ты была? Я столько раз тебе звонила! У меня ЧП!
– Знаю я имя твоего ЧП, – рассмеялась моя подруженька и затрясла пышной белокурой гривой. Мелкие кудряшки были собраны цветастым шелковым платком, превращая их в ворох шипящих змеек. Таечка отошла на два шага, только бы я вновь не принялась душить её в приступе паники, и оправила тонкое облегающее платье цвета морской волны. – Раевский…
– Не произноси это имя, умоляю. У меня паническая атака начинается, – зашептала, надевая шпильки, и выбежала из квартиры, крепко сжимая руку подруги. – Таечка… Таечка… Что делать?
– Что, уже дала? – хохотала она, еле ковыляя на своих шпильках, потому что не могла собраться из-за раздирающего её смеха. Она корчилась и придерживалась за глянец мраморной стены, пока мы спускались по лестнице. – Боже! Ночкина, ты в своём репертуаре.
– В каком своём? Я не видела его двадцать лет, что такое свой репертуар? – мы выскочили на улицу, и я застонала, вспомнив, что моя ласточка так и осталась у того злополучного ресторана! – Где твоя машина? Я опаздываю.
– Угомонись, женщина! Убьёшь! – Тайка отцепила руку и смогла выдохнуть, а потом махнула на парковку кофейни, где стоял её красный немец. – Рассказала, что ли?
– Рассказала!
– А он что? – подруга заохала и припустилась следом, практически перепрыгивая низкорослый кустарник. Со стороны мы, наверное, походили на чеканашек, дырявящих газон своими каблуками. Но кого это волновало?
– А он трахал и душил. Потом душил и трахал…
– Божеее… Как романтично-то! – застонала Тайка, падая на водительское сиденье. – Душил понарошку, раз жива, здорова. А трахал как? Ментально? Взглядом? Или мозг выносил, как душнила сорокалетний?
– К счастью, нет, – я закрыла лицо руками, чтобы спрятать румянец.
– Ну, слава Богу, а то твой импотент Ляшко загубит тебя! – Тайка увернулась от моего щелчка и вырулила на тесную улочку, петляющую мимо зданий жилого комплекса, где я сняла квартиру, чтобы быть ближе к галерее. – И не говори, что я не права!
Георгий хоть и противился, говорил, что это неразумно – тратить баснословные деньги на съем жилья, когда у него есть дом, но я была непреклонна. Мы встречаемся почти шесть лет и ещё никогда не жили вместе. А что? Это удобно. Гостевая девушка. Никаких тебе фенов, волос в стоке душа и миллиона тюбиков в ванной. Да и меня все это очень устраивало. Секс очень быстро ушёл на второй план, потому что его появление в моей жизни открыло портал в бесконечность нового. Мы порой до утра могли обсуждать дела, а потом без сил вырубиться прямо на диване. Ну, какая уж тут романтика? Какой секс?
– Ну, рассказывай… – Таечка задымила своей сладкой сигареткой, наполняя салон химозным облаком дурманящего дыма, и похлопала меня по колену, приводя в чувство.
И я рассказала. Просто выплюнула все, что произошло со мной за эти двое суток! И, наверное, была слишком подробна, потому что подруженька моя закашлялась от неожиданности.
– Ночь, если он тебе не нужен, дай номерок? Я даже патлы перекрашу, только бы и меня так «отдушили» хоть разок, – скулила она, морща свой курносый нос.
– Отвали! Иди Гришку своего виагрой корми, вдруг так же сможет? – я махнула Петру Семёновичу, моему адвокату, паркующемуся у галереи. Мужчина побледнел и стал активно жестикулировать, извиняясь за опоздание. Чёрт… Если и юрист опоздал, то дело – дрянь. – Ты со мной пойдёшь?
