Пришлось повозиться, пересчитывая мелочь. На всякий случай он взял миллион, из выданных Владимиром денег отсчитал пять тысяч, остальное положил в ячейку. Когда вышел в зал, сразу увидел своего сумрачного брата – Ренат стоял напротив входа в депозитарий, заложив руки за спину. Когда Андрей подал руку для приветственного рукопожатия, Ренат не сразу подал свою, такое создалось впечатление, что он и не собирается рукопожиматься. Всё же он, не меняя выражения лица, поздоровался. Они прошли в дальний конец зала и устроились на том же диванчике, на котором несколько минут назад Андрей продумывал финансовую политику Совинкома.
Прежде всего он вручил Ренату пять тысяч долларов:
– Я закрываю остаток долга, пять ты уже получил. Так что в расчете.
Отсчитав сто тысяч рублей для себя, Андрей передал пакет с девятьюстами тысячами Ренату:
– Так: тут девятьсот штук. Шестьсот надо зачислить на расчетный счёт Совинкома и перечислить по платежкам, которые прислала Ира.
Ренат кивнул – Ирина Кондукова уже все уши прожужжала этими платежами и ждала по факсу пропечатанные банком платёжки. Андрей продолжил:
– Сто тысяч – тоже зачислить и перечислить за аренду в Казань. Двести – это на аптечное оборудование…
В свете противостояния из-за Тани Ренат уже не так рьяно усердствовал на фирме, но его душа восстала при виде того, как брат расшвыривается деньгами, и он оборвал его:
– Ты всё же повёлся на эту херню?!
– Послушай… – у Андрея не было сил спорить, и он устало объяснил, что ему выданы деньги, он должен их инвестировать; кроме того, Галимулина гарантирует, что наладит поток покупателей на дорогостоящие препараты. Она подобрала сотрудницу, с которой уже проведено собеседование – это опытный фармацевт, с которой Андрей знаком с 1998 года, она работала на фирме Парамита, с которой у Совинкома был контракт. Эта женщина составила смету на ремонт и оборудование помещений: шпаклека, замена секций потолка, кассовый аппарат, стеллажи, и так далее.
– Да, но 60 тысяч за аренду! – буквально закричал Ренат. – Сколько ты платишь в Волгограде?!
– В Волгограде у меня помещения в удаленных местах. А аренда центровых торговых площадей стоит гораздо дороже.
Несколько минут они препирались, последнее слово Ренат оставил за собой:
– Давай так: шестьсот тысяч я сейчас перечислю, а триста оставлю и наберу тебе завтра. А ты пожалуйста подумай хорошенько, стоит ли тебе ввязываться в эту авантюру. Ты ведь не своими деньгами рискуешь, оно тебе надо?!
– Хорошо, Ренат, я подумаю. Когда ты поедешь в Казань? Тебе нужно проследить, как эта клюшка будет делать ремонт, закупать аптечную мебель, вешать вывеску. Не доверяй ей деньги, расплачивайся везде сам.
– Я рассчитываю сохранить твои триста штук и вернуть тебе их, когда ты вернешься, – упрямо ответил Ренат.
Договорившись таким образом, они пошли на выход. Ренат позвонил Урсуле, чтобы выходила с платежками к Внешторгбанку. На Невском проспекте, взяв такси, поехали сначала на Большую Морскую улицу.
– Ты собрался в Волгоград? – спросил Ренат с заднего сиденья.
– Да… буду разбираться с аптеками… мне ведь под них деньги выделили.
– На праздники там остаёшься?
Это не было простым дружеским вопросом, и Андрей, чтобы отвести подозрения, как можно спокойнее объяснил: Мариам с ребёнком уже в Волгограде, и 30-го апреля, крайний срок 1-го мая они всей семьеё поедут в Сочи.
– Мариам в Волгограде? – снова требовательный вопрос с заднего сиденья.
– Вчера выехала, будет там завтра утром.
Ренат почти успокоился, он всё ещё подозревал, что у Тани с Андреем возможен камбэк. Сначала он разозлился на неё за её вчерашний обман, но быстро отошёл. Он был уверен, что рано или поздно возьмёт её – она уже сделала столько авансов, что ему теперь осталось только реализовать свой шанс, конечно же, соблюдая при этом все условности, такие как знакомство с матерью, сватовство, помолвка и так далее. Обдумав свой следующий звонок ей, он объяснил насчет водителя, Сергея Рудакова: за ним надо заехать в Пушкин, в военную часть на Волхонском шоссе.
Свернув с Невского проспекта, таксист проехал по Малой Морской улице, сделал круг по Исаакиевской площади и повернул на Большую Морскую. Почти напротив банка машина остановилась – на пересечении с Гороховой улицей загорелся красный свет, и ехавшие впереди машины все встали. Ренат вышел и подал руку в открытое окно:
– Подумай над тем, что я сказал. Я буду тебе звонить.
«Кто бы сомневался…» – Андрей проследил взглядом за Ренатом и помахал рукой Урсуле, которая уже ждала возле входа в банк. Машина тронулась.
– На Большеохтинский проспект, – скомандовал Андрей.
– Как поедем?
– Да мне всё равно, лишь бы побыстрей. Наверное, сейчас лучше всего выехать на Дворцовую набережную, Невский почти стоит.
