Накопленные за день злость и раздражение разом выплёскиваются из меня, и я быстрым движением здоровой руки ломаю им шеи. Души их не такие вкусные, как у Чернова, но зато не норовят ускользнуть, и я высасываю их до последней капли. И когда они заканчиваются, я снова, как утром в школе, ощущаю себя воздушным шариком. Только на этот раз кран всё никак не закрывается. Энергия переполняет меня, я раздуваюсь всё больше и больше… и сознание уплывает в спасительную темноту.
Очухиваюсь, чувствуя себя огурчиком. Не в том смысле, что зелёным и в пупырку, а в том, что абсолютно ничего не болит, только голова какая-то тяжёлая и одновременно пустая. Как дирижабль!
Может быть дело в дыме, который всё ещё сочится из гаража? Или у меня просто уровень апнулся, и от того вся шкала ХэПэ восстановилась? И даже повреждения… Шевелю пострадавшим недавно плечом…
А недавно ли? Сколько я вообще находился в отключке? Раз небо ещё не начало светлеть, тогда не очень долго…
Стоп! А разве небо не должно тоже двоиться?
Встаю пошатываясь, опираюсь о ворота, и оглядываюсь. Рядом лежат два иссушенных словно мумии тела, с прикольно торчащими из них головами. Ха! Сходил, называется, вынес мусор.
Сначала я им даже обрадовался, как родным. Это было бы идеальное алиби. Шёл на свидание, упал, очнулся — гипс. И два утырка с дубиной. А то наша с Кларой версия, что мы договорились встретиться в парке во вторник, а она подумала, что в понедельник — какая-то совсем тупая.
Но утырки внезапно захотели меня добить. Итог — два высушенных смешных трупа. А это странное такое алиби… Или может прокатить?
И тут до меня доходит! А ведь будь я ростом чуть ниже, мне размозжили бы голову этой дубиной! А так только плечо. По краю прошёл, что называется. Прикольно!
— И часто вы тут такие засады устраиваете? — посмотрел я с укоризной на утырков.
А! Ну да… Ну то есть… устраивали. А если часто, то куда вы девали мёртвые трупы?
Подбираю с земли дешёвый фонарик-брелок и тяну на себя приоткрытые ворота, выпуская из-под потолка клубы белого ароматного дыма. Весь пол гаража занимает отвратительно пахнущая маслянистая лужа. Только с правой стороны осталась сухая тропинка, на которой дымится большая картонная коробка из магазина. Дым, дым, я масло не ем!
Перелетаю лужу и открываю коробку. Какие-то сушёные листья, похожие на лавровые, едва тлеют, создавая при этом много дыма.
Не люблю наркоманов!
Опрокидываю ногой коробку в лужу, и тут замечаю, что со всех стен гаража на меня пялятся пентаграммы и какие-то каракули. Демонов они тут вызывали?
Ха! Ну пришёл я, и чо?
Короче, что делать с трупами? Был бы гараж сухой — устроил бы в нём мавзолей! Они уже выглядят так, словно прямиком из Египта. А хотя какая разница? Будет мавзолей-аквапарк!
Поднимаю первое, буквально невесомое тело и швыряю в лужу. Лужа оказывается глубже чем выглядит, тело погружается почти целиком. Хватаю второго, поворачиваюсь…
Первый покойник исчез, и только круги расходятся по воде. Что за фигня?
Стою и смотрю на лужу. Лужа смотрит на меня.
Бросаю второе тело и отхожу подальше. На всякий случай.
Второй труп погружается, как и первый, и некоторое время просто плывёт к стенке, но потом резким рывком исчезает в глубине!
Блин, наркоманы чёртовы! Какого чёрта здесь происходит? Они вызвали Ктулху?
Достаю из пакета свой супергеройский костюм и тоже кидаю в воду. Одежду моментально утаскивает в глубину тонкое щупальце, похожее на стальной тросик.
Так! Всё! Я хочу к маме!
Нахожу подпружиненный засов на воротах, захлопываю их, прижимая засов пальцем, и иду домой самым коротким путём. Срочно нужно поспать, а то всякая фигня уже мерещится… Наркоманы чёртовы!
Дома включаю телефон и вижу сообщение, отправленное в одиннадцать вечера:
«Я уже дома. Напиши.»
А сейчас сколько? Ого, без пяти три! Голова тяжёлая как чугунный мост, поэтому долго соображаю, что написать. Наконец пишу нейтрально:
«У меня всё хорошо»
Нужно было бы ещё посмотреть, что там с курткой и штанами, но сил на это никаких нет. Быстро умываюсь холодной водой и, упав на кровать, моментально отрубаюсь.
Просыпаюсь от того, что мне на живот что-то давит. А ещё на грудь, но там совсем тонкое щупальце.
Щупальце?! Так эта фигня мне не приснилась?
Правая рука чем-то прижата, поэтому левой хватаю то щупальце, которое на животе, и… оно внезапно оказывается на ощупь коленкой.
Бли-иин!
Коленка, почувствовав мою неловкость, исчезает, тихонько скрипнув напоследок дверью. Так что я там вчера испытывал? Неловкость?
А теперь новинка сезона: испанский стыд!
Как вообще до такого дошло? Мне уже шестнадцать, а приходится спать с мамой! И что самое страшное, вовсе не по моей инициативе!
Жужжит будильник.
Соберись, тряпка! Всё равно не получится всю жизнь бегать от матери! А ещё как там было у Экзюпери? Мы в ответе за тех, кого поломали!
Но в ванну я смог-таки пробраться незамеченным! И уже расслабился было под чуть тёплыми струями воды…
