Спал, да. И прямо сейчас не отказался бы ещё разок. Из-за этой гребаной юбки. Джо действительно сучка, если надела сегодня эту блядскую юбку, которая едва прикрывает зад. Никки чувствует, что возбуждение снова тяжело бьет в пах. Джо, блять. Посадить бы её на барную стойку и… Никки моргает, отгоняя заманчивую мысль, а Вэнити уже успевает кинуть взгляд на его штаны, и её злость взвинчивается до максимума. Недолго думая, она выплескивает Никки в лицо остаток своего вискаря, и, пока он утирает лицо рукавом куртки, смуглой гремучей змеей скользит сбоку за стойку, прямо к Джо.
Вискарь щиплет глаза. Никки матерится, с трудом разлепляя веки, и сквозь пелену слёз успевает разглядеть: разъяренная Вэнити бросается на Джо, цепляется за её волосы и рычит. Джо вскрикивает, дергается, оставляя в ногтях у Вэнити несколько прядей.
— Эй, да какого хрена?!
Не дав ей опомниться, Вэнити кидается снова, целясь ногтями Джо прямо в глаза, и та едва успевает увернуться, снова подставляя под удар волосы.
— Чертова шлюха! — Вэнити охренительно зла. Никки, наконец, промаргивается: драка длится всего несколько секунд, и он, очухавшись, тоже бросается за стойку, обхватывает Вэнити поперек талии, оттаскивает от Джо, которую удерживает Дафф.
Никки знает этого Даффа, он играет в Guns’n’Roses, тоже басист. И сейчас он держит дрожащую, ошарашенную Джо, как должен был держать Никки, а в руках у самого Сикса бьется злющая, как сука, Вэнити, и тогда Никки не выдерживает. Он разворачивает Вэнити к себе и бьет её по лицу. Ему кажется, что звук удара заглушает даже орущую музыку. Кажется, что добрая часть «Рейнбоу» таращится на них.
— Вышвырни эту тварь отсюда! — голос Даффа доносится как через пелену, в башке у Никки всё ещё звенит звук удара, а Вэнити моргает, держась за горящую щеку. Всю дурь из неё выбило одним махом. — Иначе я её сам в грязь мордой выкину, там ей и место!
Никки снова моргает. Фокусирует взгляд на Даффе, который прижимает к себе Джо, и у него аж закипает всё за ребрами, хочется Даффа повозить рожей по барной стойке, потому что Джо — его, она принадлежит Никки, она только с ним, и… Он встряхивает головой, в мозгу снова звенит.
Ему нужно вмазаться. Когда он вмажется, мир сузится до размеров туалетной кабинки, и пусть его будет мутить и блевать, потом наступит легкость, и всё это дерьмо не будет иметь никакого, мать его, значения.
Вообще никакого.
— Идем, — Никки грубо прихватывает Вэнити за плечо. — Пошли в сортир, вмажемся, а потом я тебя трахну. Может быть.
Или нет. Или он не будет об этом помнить. И она тоже. Просто нужно вмазаться, чтобы отпустило, отпустило, отпустило. Сортиру «Рейнбоу» не впервой приютить наркоманов. А Вэнити тащится за ним, запал и злоба прошли; волшебное слово «вмазаться» утихомирило сучку быстрее любого успокоительного. Где-то там, за спиной, Дафф утешает напуганную Джо; Никки не хочет думать, что это должен быть он. У Джо есть защитник — ну и отлично, пусть к нему и катится. Наверное, Дафф долго ждал такого шанса, пока таскался в «Рейнбоу» и трахал Джо взглядом. Как и все они здесь.
В задницу это всё. В жопу, в жопу, в жопу.
Нахуй.
Вэнити ссыпает порошок в ложку. Огонёк пляшет и полутьме сортирной кабинки, нагревает металл, плавит, превращая героин в жидкий кайф. Никки пялится на стену, где маркером выведено, что, мол, Кристал сосёт за доллар.
— Готово, — сообщает Вэнити. — Руку гони.
Жгут перетягивает предплечье; исколотая вена выступает под кожей. Никки наблюдает, как игла входит в вену, и за грудиной разливается тепло.
========== Март 1987 ==========
Комментарий к Март 1987
Aesthetic:
https://sun9-15.userapi.com/aUlZm233yexi_RRmJGaBcK70NIy_r-NPSW7jJw/Agumal1Fp88.jpg
Днем в «Рейнбоу» посетителей немного — вся шайка музыкантов обычно стекается к вечеру, а после одиннадцати и до семи вечера здесь в основном заходят перекусить и пропустить чашечку кофе более приличные слои населения. Владельцу «Рейнбоу» удалось сделать свое заведение комфортным для всех — как взрослых и приличных клерков, так и для молодежи.
Джо заваривает кофе для мужчины за столиком у окна — он приходит каждый день, и она знает, какой кофе он предпочитает, американо без сахара и молока, — когда дверь снова хлопает. Она привычно поднимет глаза, думая, что увидит либо нового посетителя из соседних офисов в Западном Голливуде, либо Даффа, но видит девушку в джинсах и рубашке, на животе завязанной узлом. Лицо девушки кажется Джо знакомым; она вглядывается в тонкие черты и едва не роняет чашку, когда понимает — перед ней стоит Саманта.
Бывшая девушка Винса. Одна из бывших девушек Винса, которым он походя жизнь поломал. Джо не слышала о ней ничего с тех пор, как Нил её оставил — Саманта с радаров исчезла, а сама Джо попыталась её разыскать, но так и не смогла, а потом стало не до того. Подругами они не были, и Джо умыла руки ещё в тот момент, когда Сэм решила начать с Винни встречаться. Чем это закончится, было ясно любому, кто с Нилом был знаком достаточно близко.
— Сэм? — на всякий случай, переспрашивает Джо.
