Вспоминаю вчерашний вечер. Мы с Лолой проболтали до поздней ночи, сидя в ее комнате. Думаю, никто из нас этого не ожидал, но разговор вышел очень даже откровенным. Наверное, Спивак просто хотелось выговориться, а мне не то чтобы сложно было послушать. Но ситуация, приключившаяся с Кириллом, и правда странная. Что такого он скрывает, что даже дядю себе выдумал? А еще я вдруг так отчетливо увидела разницу между нами. Проблемы и переживания Лолы разительно отличаются от моих: влюбленность, парень, отношения. Все это от меня очень далеко.
– Не на что жаловаться, – говорю я, почему-то погрустнев.
– Правда?
– Да. Мы неплохо ладим.
– Значит, мой план не пригодится?
– Какой еще план? – хмуро уточняю я.
– Влюбить ее в себя, – широко улыбается Гриша, поигрывая густыми бровями.
– У нее есть парень!
– Два лучше, чем один!
– Ты дурак?!
– Да шучу я, Алис, хватит пыжиться, – хохочет брат. – Чего ты такая дерганая? Посмотри, какое место шикарное. Наслаждайся вечером.
В сумочке, лежащей у меня на коленях, вибрирует телефон. Интуиция подсказывает, что пишет мне тот самый террорист, из-за которого я такая. Он взял меня в заложники и никак не хочет отпускать.
– Какой же идиот, – бормочу я.
– Кто? – спрашивает Гриша.
– Никто, – отмахиваюсь, тарабаня пальцами по экрану.
Воздух опаляет мои легкие, горло и ноздри. Я больше не могу это терпеть. Думаю, мое двадцатиминутное отсутствие никого не обидит. Нужно разобраться с Илюшей поскорее, а потом, как и сказал Гриша, я буду наслаждаться семейным праздником в удивительно красивом месте.
Прячу телефон в сумку и поднимаюсь. Говорю Грише, что скоро вернусь, и, забрав из гардероба пальто, выхожу из ресторана. Широким шагом перехожу дорогу к скверу, с губ срываются густые облачка пара. Над головой горят фонари, тротуарная плитка влажная и немного скользкая, но я не чувствую ни холода, ни ветра.
Добираюсь до памятника и уже через несколько мгновений вижу темную фигуру, расслабленно шагающую мне навстречу. Илюша выходит на свет и разводит руки в стороны, продолжая приближаться.
– Вау! – восторженно восклицает он. – Какая ты красивая! Я сражен наповал!
Запахиваю пальто на груди, пряча темно-синее приталенное платье, и вскидываю голову, отчего даже очки подпрыгивают на носу:
– Давай выкладывай уже!
– Да ты расслабься, Алис. Я же помочь хочу.
– С чем помочь?
– С Ваней.
Заявление Илюши срабатывает, как комок снега в лицо, а Мироненко все продолжает довольно улыбаться.
– Он мне не…
– Нравится-нравится, – перебивает Илюша и склоняет голову, продолжая бесстыдно меня рассматривать. – Но есть проблема.
– И какая? – сдаюсь я, потому что спорить с ним, очевидно, бесполезно.
– Ты его не знаешь.
– Ага. Хорошо. И что дальше?
– А дальше я помогу тебе его узнать.
– Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь. – Трясу головой, и холодные кудряшки бьют меня по щекам. – Это какой-то бред.
– Ну чего ты, Алис? – смеется Илюша, делая еще один шаг вперед, а затем стягивает с шеи широкий шарф и накидывает его мне на голову. – Все же логично – мы будем с тобой дружить. Тогда ты сможешь тусить со мной, а значит, и с Ваней тоже.
Вглядываюсь в озорные темные глаза и не могу понять только одного:
–
Улыбка Мироненко становится шире, еще чуть-чуть, и лицо треснет.
– Скажу, когда согласишься. – Он понижает голос и наклоняется, удерживая в руках края шарфа.
– Я отказываюсь, – выдавливаю тише, чем собиралась.
– Отказ отклонен. Подумай. Я не тороплю.
Илюша делает шаг назад, убирая руки в карманы куртки, и гордо задирает нос. На его подбородке виднеется темный след. Мячом, наверное, прилетело. Может, карма за меня мстит?
– Ну все, Алис, иди. У вас же там праздник.
– Откуда ты?..
– Лола на неделе как-то говорила.
– И ты все равно меня выдернул? Не мог просто в сообщении написать про свой
– И не увидеть тебя такую нарядную? Я бы себе этого не простил, – усмехается он и разворачивается. – Буду ждать от тебя сообщения!
