Она мне не сестра полностью

– Алиса, – ласково зовет Мироненко, – ты до этого с кем-то встречалась?

Молчу, плотно сомкнув губы. Кончики ушей жжет. Илюша наклоняется и тянется ближе.

– Это не то, чего стоит стесняться, – мягко говорит он. – Но я никому не скажу, если тебя это успокоит.

– Ты же не умеешь хранить секреты.

– Только свои. – Золотистые искорки в радужке его хитрых глаз завораживают. – Мой план все еще хорош, Алиса. Живое общение куда показательнее переписки. Посмотришь на Ховыча в естественной среде обитания, а дальше будет видно. И я буду рядом, ничего плохого с тобой не случится.

– Почему я должна тебе верить?

– Потому что я милый, красивый, добрый и…

– Да-да, – смеюсь я, хлопая его по плечу, и руку точно иголками пронзает. Чего это он так напряжен? Или это я?

Илюша смотрит на мои губы, и я невольно замираю.

– Если ты ни с кем не встречалась, то и не целовалась тоже? – спрашивает он.

– А это важно?

– Можно я тебя поцелую?

– Нет! – испуганно отклоняюсь.

– Сколько там еще причин в списке? – насмешливо щурится он.

– До фига! И ты пообещал, что со мной ничего не случится, поэтому прекращай свои шуточки!

– Я обещал, что ничего плохого не случится, а поцелуи… Это ведь хорошо.

Гневно пыхчу, засмущавшись, а Илюша откидывается на спинку диванчика, подняв руки:

– Все-все. Я понял, охотимся на Ваню. Девчонки, кстати, говорят, что он неплохо целуется, но… – Мироненко игриво дергает бровями. – Я лучше.

– Я не стану это проверять.

– Жаль, – театрально вздыхает он и хлопает по коленям, поднимаясь. – А теперь давай сыграем во что-нибудь. Посмотрим, на что ты способна, а заодно и поболтаем. Мы же теперь друзья. Нам нужно узнать друг друга.

Послушно киваю и допиваю свой коктейль, сладкий вкус которого стягивает щеки. В голове мелькает шальная мысль – интересно, кто-то на самом деле сравнивал этих двоих? Встряхиваю волосами, прогоняя дурь из головы, и в следующий миг перед глазами появляется черный джойстик. Ну хоть что-то в моей жизни остается простым и понятным. С этим я хотя бы.

POV Лола

Начало марта в этом году непривычно солнечное. С крыш свисают тоненькие прозрачные сосульки, вокруг гремит частая звонкая капель, а у меня на душе – слякотная осень.

Ручки тяжелого пакета впиваются в кожу, и я уже в третий раз перекладываю его из одной руки в другую. Мой взгляд устремлен в сторону невысокого крыльца. Вот дверь подъезда открывается, но на улице появляется не Кирилл. Это девчонка с белой забавной болонкой на ярком поводке. Я знаю, в какое время Кирилл выходит из дома на тренировку, но сегодня он что-то не особо торопится. Конечно, я могу сама подняться в квартиру Меньшовых, но в мои планы не входит сдавать его маме. Поэтому я продолжаю терпеливо дожидаться Кирилла на улице.

Мы не виделись уже несколько дней. После победы на выезде наша директриса дала футболистам пару законных отгулов, и в школе они не появлялись. Кроме Илюши, который в понедельник зачем-то заглянул на два последних урока. Все эти дни мы с Меньшовым по-прежнему держали связь по переписке. Несколько раз Кирилл порывался прийти ко мне, но я всякий раз находила поводы отсрочить нашу встречу, ссылаясь на дела. Видеть его раньше положенного не было никаких моральных сил.

Наконец Кирилл появляется на крыльце. Щурится от яркого весеннего солнца, ударившего в глаза после темного подъезда. Кирилл без шапки, и ветерок треплет его каштановые волосы. Вот он натягивает перчатки и спускается со ступеней, и я со всех ног, скользя по наледи, направляюсь в его сторону. Стараясь унять волнение, натягиваю на лицо улыбку.

– Кирилл! – зову я. – Привет!

– Лола? – удивляется Кирилл. Он быстро спускается с крыльца и отбирает мой нагруженный пакет. – Ты чего здесь?

Меньшов свободной рукой быстро прижимает меня к груди, а я поднимаю голову и заглядываю ему в глаза.

– Ты на тренировку?

– Да, ты же знаешь наше расписание, – отвечает Кирилл. Вид у него настороженный. Сейчас, при солнечном ярком свете, я вижу, как он сильно изменился за последние дни. Вид у него уставший: синяки под глазами, лицо как-то осунулось… Мне даже кажется, что передо мной какой-то другой, совсем незнакомый мне Кирилл Меньшов. – Думал, мы встретимся сегодня после тренировки.

Я выдерживаю его взгляд и нарочито бодрым голосом отвечаю:

– Ну конечно, увидимся! Мы же договаривались… Только я не к тебе, а к тете Рите.

– К маме? – еще больше удивляется Кирилл. Я чувствую, как он напрягается.

– Ага, хочу предложить ей съездить в больницу к твоему дяде.

– Чего?

– Ну, к дяде Саше, – поясняю я с улыбкой и указываю пальцем на пакет, который теперь держит в руке Кирилл. – Там фрукты: яблоки, бананы, апельсины… Все, что можно в приемный покой.

– Фрукты?

– Не веришь? – смеюсь я. – Можешь заглянуть, проверить.

Кирилл никуда не заглядывает. Он продолжает растерянно смотреть на меня.

– Так тети Риты сейчас нет дома? – уточняю я.

– Нет, она уже уехала, – отвечает Меньшов чуть погодя. Смотрит на меня, не отводя взгляд и не мигая.

– Разве? А ведь мы договаривались…

– Договаривались?