После тренировки, как и планировалось, отправляемся в бургерную неподалеку. Компания собирается большая и шумная, но, на удивление, я не чувствую себя лишней, скорее наоборот. Мелкие капли дождя падают с неба, шагаю между Илюшей и Ваней, держащим зонт, что одолжила ему Настя, и смеюсь над шутками Егора и Жени, разделивших укрытие с девочками.
– Возьми меня под руку, – предлагает Хованский. – Будет удобнее идти.
С благодарностью улыбаюсь и обхватываю его локоть, а другая моя рука в этот же миг начинает жить своей жизнью: оказывается в цепких пальцах Мироненко и исчезает в кармане его куртки. Тепло впитывается в центр ладони и ползет вверх, через плечо добираясь прямо к сердцу. Дыхание перехватывает, но я не могу заставить себя повернуться к Илюше, лишь чувствую, как смело и вместе с этим нежно он сжимает мою ладонь.
– Теплее? – тихо спрашивает он, наклонившись к моему уху.
– Угу, – только и удается выдавить мне.
В просторном зале ресторана общественного питания занимаем один из самых крупных столов. Парни принимают заказы у девчонок и вскоре возвращаются с подносами, полными вкусностей. Разговоры не утихают, звучат истории и заразительный смех. Не замечаю, как летит время, полностью отдавшись общению и перескакивая с одной темы на другую.
– А помните, как на летних сборах мы свалили из номера гостиницы и шатались по городу полночи?! – хохочет Егор. – Вот классно было!
– Ага, а потом с утра двадцать километров в наказание бегали, – бурчит Женя. – Да, Кайфолом?
– А я-то что? – ухмыляется Илюша, развалившись рядом со мной на диванчике и закинув руку на спинку позади. Его беспокойные пальцы то и дело играют с кончиком моей косы.
– Действительно. Сам предложил убежать, а потом сам же и спалил, – хмыкает Ваня, сидящий по другую сторону от меня. – Алиса, он тогда вернулся последним, и его застукал тренер. И чтобы не отбывать наказание в одиночку, он сдал всех нас.
– Мы же команда, – отвечает Илюша, по всей видимости не чувствуя ни капли вины. – Один за всех, и все дела.
Криво улыбаюсь, чтобы не выпадать из разговора, а в голове вопрос – почему Илюша вернулся последним? Может, дело в девушке? Был с ней? Что, если она тайная, потому что живет не здесь? Нет, все равно ерунда получается. А вдруг она просто у него не одна? Гарем секретных девушек! Очень хитро, ведь так Мироненко практически невозможно поймать на лжи или измене.
Болтовня за столом продолжается, пытаюсь вникнуть в суть, но получается плохо. Илюша вдруг резко вскакивает из-за стола и отходит, прижимая телефон к уху, а пару минут спустя возвращается и хватает куртку.
– Мне нужно идти, – произносит он ровным тоном. – Вань, проводи потом Алису до остановки, ладно?
– Конечно, – мигом соглашается Хованский.
– Ну все, народ, я погнал. Алису мне тут не обижайте. Она потом все-все мне расскажет. Верно?
Темные глаза находят мои. Илюша, натянув куртку, все ждет ответа, и я молча киваю.
– Вот и умничка, – весело подмигивает он мне и, прежде чем уйти, смотрит на Ваню так, что я точно не могу распознать его посыл. Что-то между предупреждением и просьбой.
Странно. К чему такое беспокойство? А может, это и не оно вовсе? Мироненко вконец меня запутал со своими шуточками, помощью и тайнами.
– Алиса, взять тебе еще колы? – учтиво предлагает Ваня. – Или чай? Или кофе?
– Нет, спасибо, – вежливо отказываюсь я.
Хованский кивает, добродушно улыбаясь. Ямочки на его щеках все такие же милые, как и всегда, только в этот раз даже они не могут отвлечь меня от мыслей о другом. Куда рванул Кайфолом? Что за дело? Связано с его девушкой? Почему это вдруг стало так сильно меня волновать?
Посидев в бургерной еще немного, собираемся по домам. Прощаюсь с Настей и Вероникой дружескими объятиями, а Егора и Женю хлопаю по поднятым ладоням. Ваня, как и обещал, провожает меня до остановки, и безобидная беседа следует за нами по пятам, как и легкая морось с прохладным влажным ветром. Над головой темнеющее небо, по городу зажигаются фонари, свет автомобильных фар бликует в лужах. Говорим с Хованским об учебе и спорте, немного о семье и домашних питомцах. Оказывается, Ваня убежденный собачник и хозяин старичка бобтейла по кличке Чаки. И я вдруг ловлю легкий диссонанс от его восхищения мохнатыми друзьями, ведь в нашей с ним переписке он ни разу не поднимал эту тему. А еще постоянно присылал мне фотки котов.
– Повезло, что родители разрешили тебе завести собаку.
– Да-а-а… – довольно тянет Ваня. – Мама сначала сопротивлялась, но мы с батей ее убедили. А теперь она любит Чаки, кажется, даже больше нас обоих.
– Твои… – Мой голос становится хриплым, а колесики мыслей крутятся все быстрее. – Твои родители все еще вместе?
– Да, – уверенно отвечает Ваня. – А твой родной отец? Вы с ним общаетесь?
– Кхм… – Мне приходится прочистить горло. Ваня, с которым я переписывалась, как-то рассказывал мне, что его родители в разводе. Мы даже обсуждали эту тему. Еще одна несостыковка. – Нет, я даже не помню, как он выглядит. У него другая семья.
– Мне жаль… – удрученно произносит он.
