Она не сдвигается с места, продолжая дразнить меня многозначительными взглядами. Когда почти настигаю, ловко изворачивается вбок и несётся вниз по склону.
— Если догонишь, я подумаю, дать ли тебе второй шанс, мальчик! — кричит сквозь смех. — Или дать ли тебе вообще! — входит в кураж моя стервозина.
Мы оба знаем, чем кончатся догонялки. Я выиграю. Но всё же позволяю себе дурачество, бегая за задыхающейся от движения и смеха Фурией. Когда выдыхается, подмечаю это сразу. Нагоняю. Ловлю. Проворачиваю лицом к себе и делаю подсечку. Крис вскрикивает, испугавшись падения, но я легко и неторопливо опускаю её на изумрудную траву, накрывая девичий стан своим раскалённым телом. И позволяю себе больше, чем планировал. Я срываюсь, стоит только окунуться в её глаза. С жадностью и напором атакую отравленные уста. Заталкиваю язык в её влажный жар, приглашая на неравный бой. Только в нём я готов пасть. Немного сдвигаюсь вбок и с одержимостью маньяка просовываю ладонь ей между ног. Раздвигаю бёдра. Сминаю эластичную неплотную ткань леггинсов в районе опаляющей промежности.
— О-о-о-о! — протяжно стонет Ненормальная, выгибаясь навстречу.
Мычит, пытаясь что-то ещё сказать, но я не спешу освобождать её рот и возвращать возможность говорить. С однозначным посылом трётся о мою ладонь, стремясь получить то, на что я так опрометчиво её подсадил. Выталкивает мой язык и с безумным блеском в глазах поощряет:
— Смелее, Андрюша. Раздень меня.
Уперевшись пятками, выгибает спину, приподнимает таз и сминает резинку лосин. Только раздеться я ей не даю. Перебросив вес на оба локтя, ложусь сверху и снова целую. Фурия хнычет, капризничает и требует. Я еле сдерживаюсь, чтобы не скопировать её поведение. Сексуальное желание слишком сильное. Я мечтаю получить её тело без границ и запретов, но той серой жижей, что была мозгом, всё же соображаю, что всё должно случиться по-другому. Как минимум, блядь, не на улице.
— Крис, притормозим сейчас. — выбиваю сквозь сжатые зубы и перекатываюсь на спину.
Жадно вдыхая заряженный воздух, роняю веки и восстанавливаю стабильную работу организма.
Недолго.
Чувствую быстрое движение рядом, а следом тяжесть девичьего тела сверху. Она седлает мои бёдра, прижимается грудью к грудной клетке и сама толкается к губам, инициируя продолжение того, что я так настойчиво пытаюсь остановить.
Я далеко не святой. У меня есть терпение, но и оно охренеть как далеко от ангельского.
Сдавливаю бёдра Ненормальной, вынуждая замереть на месте, а не ёрзать по мне, доводя до естественного финала.
Сложно поверить, что она вот так в один миг преодолела все свои страхи. Я не силён в психологии, но всё же могу сделать вывод, что все её барьеры были исключительно в голове, но не факт, что Царевна не стушуется, как только дело зайдёт дальше.
— Фурия, пожалуйста… — хриплю, разлепляя веки и сразу замечая яркий румянец.
— Почему? — выталкивает глуховато, уводя взгляд в сторону.
Перевожу дыхание и перекидываю руки на поясницу и лопатки, прижимая к себе.
— Потому что я не хочу так с тобой.
— А как хочешь? — шепчет, оставляя короткие влажные поцелуи то тут, то там на лице и шее.
Медленным движением убираю длинные шоколадные волосы за ухо и чмокаю в кончик носа.
— Красиво. Романтично. Без спешки до и после. — на этих словах краска на её мордашке становится ярче. — Хочу долго целовать и ласкать тебя. Везде.
Ма-а-ать, как же меня прёт от её смущения, несмотря на её смелые заявления и действия.
— Везде? — вопросительным эхом вторит Кристинка.
— Абсолютно. — киваю серьёзно, но улыбку сдерживать приходится.
— Даже… там?.. — скатывается глазами туда, где наши интимные зоны прижаты друг к другу в тесном контакте. Снова киваю. — Я имею ввиду целовать. — уточняет и падает на меня, пряча лицо.
Поднимаю уголки губ в улыбке и подтверждаю:
— Везде.
— Но это же… Это… Фу! — бурчит в шею, а мне кажется, что чувствую жар её стыда кожей.
— А я хочу всю тебя попробовать. — отбиваю, расчёсывая пальцами спутанные волосы.
— Языком? Как в порно? — высекает Ненормальная, слегка повернув голову и скользнув губами по скуле.
Я, мать её, немею, не зная, что сказать.
Во-первых: я в ахуе, что Фурия смотрит порнуху.
Во-вторых: об этом я даже не думал. Никогда. И ни разу не делал куни.
В-третьих: понимаю, что хотел бы сделать такое для неё. Вкусить её всю. От кончиков пальцев на ногах до сладких губ. Или, в нашем случае, наоборот.
— Да, Крис. — обрубаю, но вдруг ощущаю, как и моё лицо опаляет жаром.
Я, мать вашу, краснею, стоит только представить, как ныряю головой между стройных ног своей психички.
— Мне кажется, что это так мерзко. Я бы вот никогда!
— Никогда не говори «никогда». — смеюсь приглушённо.
Пусть разговор и пиздец какой интимный, даётся достаточно легко. С Алей мы никогда не разговаривали так откровенно. Просто с Кристинкой всё иначе.
— Тебе нравится делать… это? — выписывает отрывисто, жамкая в кулаках то куртку, то футболку.
— Не знаю. — отвечаю честно. — Никогда не пробовал.
— Но со мной хочешь?
— Хочу.
— И тебе не противно?