— Ты меня сильна огорчила! За твои слова я могла бы посадить вас обоих в темницу и отрубить вам головы. Но так, как я ценю тот факт, что ты для меня была лучшей подругой, я предлагаю вам мирно покинуть мои владения с просьбой больше сюда не соваться!
— Но…
— Пойдем!
Я взял Фару за руку и потянул в сторону выхода.
Сейчас принцесса не в самом лучшем расположении духа для того чтобы вести беседу.
Сначала Фара сопротивлялась и пыталась сказать принцессе еще что-то, но потом она успокоилась и просто семенила рядом.
Меня и самого далеко не радовал тот факт, что нам приходится уходить отсюда. Но мы должны придумать другой план, как освободить эту землю от греха, хотя если честно, я и сам еще толком не разобрался, от какого именно греха.
Упустить эту землю, означает упустить шанс на пути ко спасению Анастейши.
Хм…
Если бы раньше кто нибудь бы мне сказал что я буду освобождать земли от смертных грехов, я бы просто рассмеялся бы ему в лицо и сказал, что такого точно не будет. Наверное тогда бы я сказал:
«— Я пойду освобождать земли от смертных грехов только тогда, когда немой скажет глухому о том, что слепой видел как безногий ходит!»
Но сейчас… сейчас все иначе!
От прежнего меня, почти что не осталось следа.
Раньше я жил только в свою пользу и думал только о себе. Но… когда я встретил Анастейшу, все изменилось. Она понравилась мне с первого взгляда. Но… я знал, что она-ведьма, мой заклятый враг. И я ненавидел то чувство — которое она пробудила во мне. Я грубил ей, хамил, всячески пытался испортить ей жизнь. Я думал, что поступая таким образом, это чувство внутри меня угаснет и на его место придет должная неприязнь к ведьмам. Но все оказалось гораздо сложнее. Я нашел тот кинжал с топазами, намереваясь раз и на всегда покончить с этим делом, но… я не смог. Эти чувства оказались гораздо сильнее меня. А когда я узнал о том, что на ней хочет жениться демон али, мною овладел гнев, а еще… чувство, ранее не ведомое мне, которое люди называют ревностью. Вот тогда-то я и стал пытаться приложить все силы для того, чтобы защитить Ану всеми возможными способами.
Но я ее подвел!
А что еще хуже… я обидел ее! Особенно из-за Эрики!
Я просто обязан все исправить. Чего бы мне это не стоило!
…Мы с Фарой дошли до леса. На небе сгущались сумерки. Слабость охватила нас обоих.
Мы остановились среди деревьев и решили лечь спать прямо на траве.
Сейчас выбирать не приходится!
***
— Скорее, скорее!
— Поспешите! Принцесса отдала приказ собрать в своем замке всех лекарей! Немедленно!
Я проснулся от звуков каких то незнакомых мне голосов. Фара повидимому тоже, так как, открыв глаза, она тотчас озвучила вопрос, который тревожил нас обоих:
— Что происходит?
— Принцесса Мэри срочно собирает всех лекарей в своем царстве! — ответил один из пробегающих мимо нас.
— Для чего? — спросил я.
— Ее сын… утром с ним случилась беда и мы нужны в королевстве!
— Беда? — встревожено спросила Фара.
— У него остановилось сердце!
— Что?
Но ответ на этот вопрос Фара так и не получила, так как лекарь убежал в сторону замка.
Фара подбежала ко мне и умоляюще схватила за руку:
— Мы должны вернуться!
— Вернуться? Но ты же слышала, что принцесса не желает нас больше видеть в своем царстве!
— Это ничего не значит! Мы должны вернуться! Не знаю… мне кажется, что мы можем помочь!
— Как? — скептически спросил я. — У него остановилось сердце! Фара, он мертв!
— Мы должны… нет, мы обязаны помочь! Ее сын… я его крестная и я просто не могу не помочь!…Джеймс, пожалуйста!
Фара смотрела на меня глазами полных мольбы и мне казалось что еще чуть-чуть и она расплачется.
— Ладно! — согласился я.
Она тот час потянула меня обратно в сторону города.
Известие о болезни сына принцессы Мэри, видимо придал Фаре огромную силу, так как мы бежали с неестественной скоростью.
Мы вбежали в замок.
Не смотря на окрики охранников, Фара продолжала бежать вперед, крепко держа меня за руку.
Фара прочла какое-то непонятное мне заклинание. Охранники, которые находились впереди нас, разлетелись по сторонам. Фара распахнула двери прямо ногой и мы оказались в тронном зале.
Принцесса Мэри резко вскочила со своего места увидев нас:
— Мне помнится, я довольно четко велела вам убираться из моего королевства!
— Что с твоим с сыном? — не стала церемониться Фара.
Принцесса видимо опешила от ее тона, так как молча смотрела на нее и быстро хлопала ресницами.
— Что с ним? — снова повторила Фара. — Я могу… я обязана ему помочь!…Мэри, просто покажи мне его!
Мэри смягчила выражение лица и указала рукой куда-то вглубь зала.
Я увидел что там стоит небольшая детская кровать.
Мы подошли ближе.
В кровати лежал ребенок лет пяти — шести. У него была светлая кожа, светлые, почти белые, волосы, аккуратно зачесанные назад, не смотря на его ранний возраст, уже были видны его острые, эльфийские ушки.
Он лежал не шевелясь. Смотря на его безжизненную фигуру по теле невольно пробегал табр мурашек. Но самым страшным зрелищем в этой картине были его глаза. открытые, остекленевшие, безжизненные голубые глаза.
