Мне стало жаль этого малыша. Так хотелось чтобы он моргнул, сказал что нибудь, но все говорило о том, что он не дышит. В моей душе проснулся какой-то отцовский инстинкт.
Странно. Такого я раньше никогда не чувствовал!
— Ты можешь исцелить его? — обратился я к Фаре.
Фара взяла его руку и пощупала пульс, а потом поставила руку ему на грудь, в области сердца, а затем посмотрела на меня. В ее глазах отчетливо виднелись слезы.
— Нет! Я не могу его исцелить! — печально произнесла магичка.
— Неужели все бесполезно? — вмешалась в наш диалог принцесса Мэри.
Фара с минуту молча смотрела на ребенка, а потом перевела свой взгляд на принцессу:
— Есть один шанс!
— Какой же? — в унисон спросили я и принцесса.
— У меня есть один знакомый Джин…. думаю, он сможет помочь!
— Джин? — переспросила Мэри. — О, нет!
— Почему? — на этот раз я и Фара спросили в унисон.
— Я прекрасно знаю Джинов! — поспешила объяснить принцесса. — Эти существа довольно таки высокомерные. С тех пор как они получили свою свободу, так сразу же стали исполнять просьбы других за довольно таки не малую цену!
— Но ведь ты же королева! — произнесла Фара и в ее голосе ясно читалось возмущение. — У тебя денег не перечесть!
— Но Джины требуют не мало!
— И что? Пару мешков с золотом тебя никак не обеднят!
— Но все же здорово ударят по моей казне!
— Вам дорог ваш сын или нет? — не выдержал я.
Принцесса Мэри строго взглянула на мня, но очень скоро вместо гнева в ее глазах появились слезы:
— Да! Важен!
— Тогда обратиться за помощью к Джинам, — произнес я — это единственный шанс вернуть вашего сына к жизни.
***
Принцесса Мэри распорядилась чтобы нам предоставили самых лучших гончих лошадей.
Боже мой! Да у этой принцессы есть все!
Гончие — это две лошади, мускулистые, ядовито- черного цвета, такие же черные глаза, без белков, но тем не менее эти черные глаза светились и их нельзя было не заметить. Грива и хвост дымились адским, черным пламенем.
Лошадей запрягли внушительными четырьмя мешками с золотом.
Рад что принцесса все же не поскупилась. Хотя если честно не понимаю, как здесь можно пожалеть несколько мешков с золотом, когда речь идет о спасении собственного сына?!
Фара забралась на коня, я поспешил последовать ее примеру.
Лошадь подо мной сбуксовала и недовольно фыркнула. Видимо ощущение нового наездника их не очень устраивала, но деваться им было не куда.
Я коснулся рукой шеи коня и мы тронулись в путь.
***
Дорога оказалась отнюдь не короткой.
Мы очень долго пробиралась через лес.
К счастью, добрались без всяких чрезвычайных происшествий! правда… пару раз мы наталкивались на фэйри, но они явно чуяли присутствие магички и поэтому, предпочитали обходить нас стороной.
Добравшись ко входу к какой-то пещере, мы слезли с лошадей и оставив их у входа, взяли мешки с золотом и вошли в пещеру.
Сначала пещера больше походила на длинный коридор, который был освещен настенными факелами. но позже мы оказались в огромной…ммм….комнате? она была просто завалена золотыми монетами, драгоценными камнями, золотыми свитками, дорогими коврами и еще кучей всевозможных драгоценностей.
— А я вижу этот Джин не особ- то и прибедняется! — произнес я и тот час услышал голос в ответ:
— Я все слышу!
Вверху что-то вспорхнуло и вскоре передо мной оказался Джин.
— И это Джин? — изумился я.
Джин и Фара с удивлением взглянули на меня.
— Да это ж мальчуган который еще даже от прыщей не избавился!
— Эй, мне пятьсот двадцать шесть лет! — возмутился мальчуган.
— Джеймс! — укорила меня Фара.
— А что? Лично я ожидал какого нибудь представительного старичка с бородкой!
— Уж какой есть! — гордо произнес мальчуган.
Он был довольно таки маленького роста. 155 см, не больше. Мне он едва достигал до живота. Теперь я понимаю выражение «дышит в пупок». Его кожа была голубого цвета. Он стоял перед нами босиком, в султанках обшитых золотом и такого же цвета желетке. На голове был золотой тюрбан с пришитым нефритом, а из под тюрбана виднелись черные волосы.
— Джин, — прервала нашу перепалку Фара, — нам необходима твоя помощь!
— И чем же я могу вам помочь? — Джин сложил ноги по-турецки, таким образом повиснув в воздухе, а руки скрестил на груди.
— Ты должно быть знаешь принцессу Мэри? — спросила Фара.
— Ну, знаю!
— Ее сын… — у Фары задрожал голос. — Он…он…
— У него остановилось сердце! — закончил я за Фару.
— Ты можешь его оживить?
— Могу! Но это будет не за даром! — гордо произнес мальчуган, за что у меня, впервые появилось желание вмазать дитя подобному старикану.
— Я знаю! — продолжила Фара. — Поэтому мы пришли не с пустыми руками!
Фара указала взглядом на мешки.
Джин с самодовольным видом взглянул на меши, проверил их содержимое и сухо произнес:
— Ладно!…Сойдет!
— Ты вылечишь его? — слегка улыбнулась Фара.
— Да! — Джин хлопнул в ладоши из-за чего, из его рук посыпались голубые искры. — Сделано!
— И все? — снова поразился я. — Столько мешков золота ради того чтобы ты просто хлопнул в ладоши?
Джин окинул меня презрительным взглядом, а Фара снова поспешила меня отдернуть:
— Джеймс!… Мальчик теперь жив, а это самое главное!
— Но это же…
— Заткнись!
