Веллара погрустнел, устремив пустой взгляд в окно, нервно дернул головой и с горечью в голосе ответил:
- Ах, Чарльз, неужели ты думаешь, что я кому-то пожелаю такие муки? Я не садист. Но мы оба знаем, что из точки невозврата Х-поля назад дороги нет. Дальше - мучительная гибель, и первым на этом пути оказался твой отец.
- Так что же делать?- отчаянно вопрошал Гринвуд,- Ведь должен быть выход?
- Молиться и ждать,- повысив голос, сказал, как отрубил, Веллара и, немного успокоившись, продолжил, - мы усовершенствовали, насколько хватило ума и времени, систему слежения. Надеюсь, если в этом возникнет необходимость, мы сумеем вывести русского из состояния измененного сознания, и тогда контакт прервется сам по себе.
- Мыслеобразы?
- Да, Чарльз. Нам надо знать о нем все без исключения. От беременности матери до сегодняшнего дня. Пора готовить клон-копию сознания Бориско.
… … …
Георгий Кандалаки, старший консультант научно-исследовательского института Чарльза Гринвуда, воровато оглядываясь и то и дело спотыкаясь на булыжной мостовой, спешил на встречу с «лейтенантом» одного из самых влиятельных мафиозных кланов Неаполя - Алессандро Моринелли. Грузный, располневший грек, страдающий одышкой, до того волновался, что рукою хватался за сердце, отирал платком холодный пот с лица и шеи, даже выпил таблетку. Ничто не помогало. Ему казалось, что его несчастное сердце вот-вот вырвется наружу и с оглушительным грохотом взорвется на глазах у сотен прохожих. В каждом из них он видел Майкла, главу службы безопасности института Гринвуда.
- О мой бог, за что, за что мне такие муки? О Натали, будь проклята ты и моя несчастная любовь!- сокрушенно покачивая головой, шептал он всякий раз, когда останавливался отдышаться и перевести дыхание.
Чем ближе грек подходил к кафе, где должна произойти встреча с мафиози, тем больше он проклинал свою первую, роковую встречу с Натали. Не будь ее, не пришлось бы сейчас трястись от страха. С того памятного дня прошло двадцать три года, но любовь к Натали по-прежнему жива.
Он учился в университете, изучал историю, а в свободное время подрабатывал гидом. Благо, недостатка в туристах Греция никогда не испытывала, а изучение языков Георгию с детства давалось легко. Помимо родного, греческого языка он влаадел английским, итальянским, французским, немецким, арабским и менее хорошо, но сносно - русским.
Доход был стабильным. Хорошо воспитанного, начитанного юношу туристы обожали. Он был красив и галантен, умел ненавязчиво, тонко льстить и ухаживать. Немудрено, что приезжавшие в поисках развлечений одинокие дамы теряли голову от чар обаятельного грека. Одной из обожательниц оказалась француженка Натали.
Роскошный бюст и длинные черные волосы, тонкая талия и стройные ножки резко выделяли ее в толпе экскурсантов. Очарованный прелестью незнакомки, Георгий пустил в ход весь свой арсенал обольщения. То едва заметная усмешка, то открытая улыбка, обнажавшая великолепные жемчужные зубы. Взгляд не менее сильное оружие. Он может быть мягким и ласкающим, пронзительным и острым, а еще откровенно вызывающим и недвусмысленным. В великой науке обольщения Георгий знал толк.
Все полтора часа экскурсии он ужом вился вокруг Натали, позволяя ей рассмотреть его мускулистый торс под просвечивающей рубашкой модного фасона. Он так увлекся, что и сам не заметил, как вся группа перестала слушать его веселый треп об Афродите и Геракле и всецело переключилась на созерцание его попыток «закадрить» гордую француженку. Мужчины снисходительно улыбались и неодобрительно косились на своих не умеющих скрыть откровенную зависть спутниц.
Их роман был бурным и ослепительным, полным безумия страсти и чувств.
- Я люблю тебя, Натали,- шептал он, нежно обняв ее и восхищенно глядя в глаза, - только тебя. На всю жизнь.
- Георгий, я обожаю тебя,- отвечала она взаимностью и доверчиво прижималась к нему всем телом.
Исчезла Натали внезапно, ранним утром, а вместе с ней и все его сбережения. В полиции, куда пришел он на следующий день, ему показали несколько фотографий, и на одной из них он увидел ее , обожаемую Натали.
- Мальчик, ты нарвался на матерую аферистку,- ошарашил его комиссар полиции,- эта девушка действительно родом из Франции, но ее настоящего имени не знаем даже мы. Она поиграла тобою и скрылась, обчистив до нитки. По нашим сведениям, ты седьмой.
- Но за что? Ведь я не сделал ей ничего дурного,- недоумевал Георгий и горестно взирал на комиссара.
- Как тебе сказать?- участливо отвечал полицейский,- ей просто нравится разбивать сердца мужчин. Это у нее нечто вроде хобби, а вообще-то она специализируется на торговле наркотиками и мошенничестве.
Наступили для Георгия тяжелые, трудные годы. Деньги на оплату учебы пропали, а слово, данное умершим родителям, сдержать необходимо.
Он работал день и ночь, как вол. Отказывал себе во всем, ограничив запросы до минимума, но университет все же окончил. О, какой высокой ценой достался ему этот диплом.
