– Да, судьба баловала меня общением со многими великими людьми. Другое дело, что ты сейчас заставишь старика вспомнить ещё какой-нибудь эпизод. Угадал?
– Нет, не угадали. Вспоминать, конечно же, будем, но после того, как я открою вам свою точку зрения. У меня возникло некоторое соображение, но, правда, для вывода не хватает фактов, решимости, да и отдельный разговор на эту тему у нас никогда не возникал.
– Давай поговорим, чего тянуть.
– Попробуем. Изучив за годы нашего общения вашу биографию, я открыл для себя могущественного покровителя, сыгравшего решающую роль в вашей жизни. Имя этого человека – Михаил Андреевич Суслов. Давайте загибать пальцы. Возить и охранять в ответственной поездке по Кавказу представителя Государственного КО Б.З. Кобулова – раз. Сопровождать эшелон с гуманитарной помощью земляков воинам-доваторцам в самый разгар военных действий – два. Доставить колонну со снарядами и продуктами в только что освобождённый Сталинград – три. Рекомендация на руководящую должность на секретный «Маяк» – четыре. Словом, это всё Суслов. Другое дело, что все эти ответственные задания и поручения были связаны с огромным риском для жизни, любое из них могло привести к гибели, но на то и война.
– Ты верно заметил: Михаил Андреевич хорошо ко мне относился, все его задания я старался исполнить на «отлично», оправдать его доверие ко мне.
– Вот и давайте поговорим о нём. Из всех членов Политбюро ЦК КПСС Суслов – самая загадочная, малоизученная и закрытая фигура. В период правления Леонида Брежнева был вторым человеком в партии, курировал идеологию, культуру, печать, ему подчинялись все научные учреждения огромной страны. Интеллигенция окрестила его Серым кардиналом.
– В моей судьбе Михаил Андреевич сыграл важную роль, если не главную. Все перечисленные задания действительно исходили от него, или, по крайней мере, с ним согласовывались. Руководителем был строгим, требовательным, принципиальным. Не любил болтовни, пустых обещаний, чутко реагировал на просьбы рядовых тружеников, решал их проблемы.
– Но о Суслове сложилось мнение, как о «сухаре», безразличном к людям, хотя подобного рода информация возникла в горбачёвскую перестройку, когда обществу стали доступны неизвестные ранее факты из жизни партийных лидеров. Возможно, это было впечатление завистников, недоброжелателей.
– Никому не верь! Михаил Андреевич был чутким и заботливым руководителем. Те, кто его хорошо и близко знал, подтвердят мои слова. Все свои дополнительные заработки – гонорары за книги, за статьи в журналах и газетах, за публичные лекции – он отдавал в партийную кассу? Многие его коллеги поступали так?
– Мы сейчас договоримся до того, что ваш патрон и спиртное употреблял.
– Ничего удивительного! Михаил Андреевич был обыкновенным человеком, хотя и занимал ответственные должности, но вот властью своей никогда не злоупотреблял. Кстати, к спиртному нормально относился, мог себе позволить пропустить стаканчик хорошего вина. Я, во всяком случае, дважды принимал участие в застольях, где это происходило.
– Вот об этом и поговорим подробнее. Хотя сомневаюсь, что в это поверят читатели.
– Поверят или не поверят – решать им. А я подтверждаю, что при мне Михаил Андреевич пил дважды, правда, только сухое вино.
Первый такой случай представился в 1942 году. Время было тревожное: фашисты наступали по всему южному направлению. Я тогда эвакуировал центральные авторемонтные мастерские и буквально за несколько месяцев организовал в Моздоке, по сути, полноценный ремонтный завод.
В один из дней на железнодорожной станции появился Михаил Андреевич с товарищами: они встречали поезд из Баку, который на несколько часов опаздывал. Вот я и предложил ему, первому секретарю крайкома партии, посмотреть моё хозяйство. Хотя и был он скуп на похвалу, но остался доволен увиденным. А тут заведующий гаражом Николай Васильевич Зуевич пригласил отобедать в заводской столовой. Повар, как сейчас помню, предложил два первых блюда – борщ и лапшу, что вызвало удивление: всё-таки война. А когда на столе появилось жаркое и котлеты, вообще сразил гостя наповал. Вот тогда мы, транспортники, и выпили немножко коньяка, его передали водители из Кизляра, а Михаил Андреевич довольствовался стаканчиком вина. Мне потом пришлось докладывать ему, откуда у нас продуктовое изобилие. Но всё оказалось просто. В нескольких километрах от города, в бурунах, шоферы обнаружили бесхозное стадо и подстрелили корову и кабана, привезли в рабочую столовую. Узнав об этом, Суслов связался с командующим фронтом Масленниковым и предложил послать в степь отряд, чтобы перегнать стадо в расположение наших частей. А если не получится, отстрелять. В любом случае это нужно сделать быстро, чтобы коровы и свиньи не достались врагу.
– А когда ещё пришлось встречаться с Сусловым?