- Откройте, - раздался короткий приказ. Голос низкий, нетерпеливый и злобный. Не просьба, не требование, а именно приказание.
Магнитный замок издаёт сигнал. Массивная дверь сдвигается. Алекс стоит в проёме, в старой майке и растянутых брюках. У него не так много одежды, чтобы встречать гостей в чём-то парадном. Полицейский долго всматривается в его лицо. Снимает форменную маску-шлем и оставляет висеть её на груди. Медленно, палец за пальцем, освобождает правую руку от перчатки.
- Инспектор Швак Н-283, - говорит массивный человек в форме, протягивая ладонь.
- Александр Р-101, - отвечает Главред.
Рукопожатие. Мощная хватка, от которой кости заныли. Почему они все такие? Почему хотят продемонстрировать силу и превосходство даже там, где в этом нет никакой необходимости? Под Сферой не так часто жмут руки: обычай не прижился хотя бы потому, что на улице перчатки не снимешь. Но военные и полицейские при первой же возможности пытаются тряхнуть древностью.
- В курсе, - говорит визитёр.
- Нет, не в курсе, - отвечает Алекс. Он усилием воли сохраняет бесстрастное выражение лица, хотя ему очень больно. Кости уже не те, что в юности – ноют.
- В курсе, что Вы – Главный редактор газеты «Истина», Александр Р-101, - терпеливо говорит Швак. - Вам, должно быть, интересна цель моего визита?
- Не очень, - почти говорит Главред. – Дайте угадаю… Хотите, чтобы я опубликовал интервью?
Швак громогласно смеётся. Делает он это наигранно и максимально неестественно. Смеётся так, словно ребёнок бросил металлические предметы в бак и болтает его. Развлечения ради. От этих звуков Алексу почему-то становится жутко, и по коже бегут мурашки.
- У Вас – отменное чувство юмора, - хвалит Швак. – Признаться, я не пропускаю ни единого выпуска Вашей газеты.
- Очень рад.
Молчание. Инспектор явно ждёт каких-то действий, но Главред терпелив. Это не первый полицейский, которого он повстречал на своём веку. И он примерно представляет, как нужно действовать с ними. Как, впрочем, и с другими людьми. Утомить ожиданием. Нетерпеливый человек всегда что-то скрывает. А Главред не такой, он – открытый лэптоп без пароля.
- Так вот, Алекс Р-101, - продолжает инспектор, нарушая молчание. – Можно я буду называть Вас именно так?
- Разумеется.
- Давайте присядем, - требует Швак.
Его взгляд скользит по комнате, но не видит в ней сиденья, способного удержать его могучую фигуру. А потому он просто занимает место на кровати, которую Алекс забыл убрать в нишу. Главред садится на табурет и нажимает на кнопку. Услужливая машина заваривает энергочай. Некоторое время проходит в тишине, они просто наблюдают за процессом, слушают его.
- Угощайтесь, - протягивает стакан Алекс.
- Благодарю. Не буду томить. Я расследую исчезновение Виктора С-202. Знакомы с ним?
- Разумеется. Журналист «Всегда!» Очень интересный гражданин, должен заметить.
- Читаете? – не без интереса спрашивает полицейский.
- Нет, конечно, - лжёт Алекс. – Нет времени.
- Вот, - кивает Швак. Некоторое время он крутит в руке стакан, словно опасаясь его содержимого. А потом – залпом выпивает. – Более семи суток мы в поиске. Как сквозь Сферу провалился!
- Едва ли я смогу вам помочь, - Главред разводит руками в сторону. – Я очень далёк от криминала. Из-за своей работы мало гуляю, всё больше провожу время на виду.
- А где ты, Алекс Р-101, находился восемь дней назад?
Тишина. Молчание. Алексу не смешно: такой невинный на первый взгляд вопрос может таить в себе массу неожиданностей. Не ходил ли он в метро? Не пил ли алкоголь? Одного неверного ответа достаточно, чтобы получить много проблем. Лучше просто рассказать свой привычный распорядок, дабы не вызывать подозрений.
- Ну… Около 8 утра пришёл в Редакцию, в 14 часов – перерыв на обед, - говорит Главред. - С работы ушёл не ранее 6 часов вечера. Посетил выдачу продуктов. С 10 часов готовился ко сну, - быстро отвечает Алекс. Сила привычки – страшная сила. Все его дни похожи, как братья.
- Правильно, - кивает Швак. Он сжал стальной стакан с такой силой, словно хотел его смять. – Мы всё проверили. Но… Из спецлавки ты, Алекс, вышел в 18.10 часов. А на камере дома появился в 20.15. Где же ты был целых два часа?
- Не знаю, - лжёт Алекс. Ему не нравится, что инспектор говорит с ним свысока. – Не помню. Ходил по городу. Возможно, даже…
- Что?
- Спускался в метро, - вздыхает Главред. – Грешен. А кто не ходит в метро?
- Виктор С-202, - серьёзно отвечает инспектор. – Сколько раз, Алекс Р-101, ты сказал неправду?
- Не знаю, - честно отвечает Алекс. Разговор начинает его изрядно утомлять. Усталость, усталость заполняет все его мысли. – Я говорю не правду, а «Истину».
- Да, это кредо… - инспектор улыбается. Может показаться, что он доволен результатом. – Кредо такое мощное, как будто удар по темечку. Знаешь, в детстве я мечтал быть журналистом. Или писателем.
- А я – полицейским, - лжёт Алекс. С трудом сдерживается, чтобы не заржать в голос. «И что смешного-то?!»
- Но машина распределения… - картинно вздыхает Швак. - Да славится мудрость Главы… Выбрала мне путь. Путь…