- Где ты был? Почему ты всегда исчезаешь вот так, как будто тебя не было никогда? Как будто это я тебя придумала? Скажи!
В её голосе – страх, злость и ревность. Куда он может пропадать? Почему ему нравится оставлять её одну? Да, Владимир – великий воин, настоящий Герой, которому подчинились все деревни в этой части мира. Он знает столько секретов, что ни один шаман не способен победить его на поле духов. Но почему он уходит? И куда?
- Лея! – пробасил Владимир ей в ответ. – Я смотрел на Клетку. В лучах заката она становится красной, как огромная капля крови. Как плод гигантского дерева. Как гигантский слизень, в оболочку которого мне нужно проникнуть. Я смотрел на неё, потому что я хочу расколоть Клетку, и никто меня не остановит. Даже ты.
- Ничего не знаю! – обидчиво произнесла его женщина. – Ты близко подходишь к стороне огня. Слишком! Сколько родичей пало там. Они перед смертью ревут, а их кожа плавится. Я не хочу, чтобы ты ревел, муж! Я не хочу искать твой пепел среди песков, чтобы похоронить. Подумал ли ты о нашем потомстве? Кто будет кормить детей, если тебя заберёт сторона огня?
- Я – другой, - терпеливо объяснил Владимир. – Я был там. Я был внутри огня! И там тоже есть люди. Там, внутри Клетки.
- Но они – не мы! – прокричала Лея, топая ножкой. – Ты муж, ты Герой, но если ты продолжишь мучить меня – клянусь: быть беде. Клянусь, я…
И она снова не договорила до конца. Потому что в её племени не принято, чтобы жена угрожала мужу. Ведь дочь вождя слов на ветер не бросает. Владимир не может понять, что не так? Да, отец Леи – миролюбивый (на словах) и дипломатичный муж. Он способен найти общий язык с теми, с кем Влад даже разговаривать не станет. Но почему она недовольна? Разве она не понимает, что там, за Сферой («Клеткой!» - мысленно поправился он) – его народ? И там – часть его жизни!
- Владимир, - в приветствии вздымается вверх рука Феликса. – Ты снова смотрел на Клетку?
- Да, - подтвердил он. – Мне нравятся закатные лучи. Они делают поверхность красной, и я представляю, что стеклянные стенки заливает кровь наших врагов. И тогда мне хорошо.
- Иногда я не могу понять, родился ты тут, на свободе, или там – в Клетке, - вздохнул Феликс. – Иногда мне кажется, что я не должен был слушать тебя. Что не должен был пускать тебя и твоих воинов в племя. Пусть бы мы как и встарь терпели от огневиков, от кабанов, от дождевиков… Но жили без тебя.
- Ладно твоя дочь, но чем же ты не доволен? – удивился Владимир. – Я обучил твоих людей искусству войны. Я положил конец междоусобицам ваших племён. Нет больше огневиков, а кабанов – хорошо если треть. Почему я не могу смотреть на Сферу… На Клетку, прости. Хотя бы издалека? И не мечтать вскрыть её изнутри? Почему? Отчего ты не хочешь восстать, вместе со мной?
Прошло уже много лет с тех пор, как их машину отправили в путь – в последний путь. Бесстрашно они двигались вперёд, пока двигатель не заглох. Брели назад, пока в баллонах не закончился кислород. Пока кто-то из них не догадался…Снять маски. Владимир никогда не забудет этот миг: как будто внутрь него хотел пробраться целый мир. И у него получилось, у этого мира!
Их было четверо. Владимир – медик, который всегда мечтал воевать. Идти вперёд и уничтожать врага. Керн, водитель и механик, шаман механизмов и шестерёнок. Стюарт, пулемётчик: он до последнего сжимал в руках своё оружие. Не хотел с ним расставаться, даже когда задыхался от напряжения. И четвёртый – чьё имя они поклялись помнить, но вскоре забыли.
- Мне было видение, - сказал Феликс. – Я узрел, как мы уничтожаем Клетку. И как на свободу вырываются сотни, тысячи душ! И как мы укажем им путь – к свободе. И к равенству.
- Подумай хорошенько, вождь, - произнёс Владимир. – Что говорил тебе твой отец? Почему он учил тебя столь сложным вещам, но даже толком не объяснил, как убивать? Да если бы не я… Помни, мы принесли жертву.
- Помню.
Владимир долго не мог поверить, что Феликс – сын песков. Вернее, пасынок холмов: сюда пустыня не добралась, она лежит внизу. Удивительное чудо природы! Там, снизу – безжизненные пески, где редко пробежит ящерица. А здесь, наверху – настоящий рай: озёра, деревья - небольшие леса, и ветки ломятся от плодов. Зелёные лагуны. Они уходят на юг – далеко-далеко, но его глаза туда не смотрят.
- Древние не были дураками, - сказал Владимир. – Они поместили Клетку так, чтобы добраться к ней было почти невозможно. Чтобы вокруг – пески, которые можно поливать огнём.
- Древние не были, и ты не будь, - попросил его Феликс.
Втайне от других соплеменников они спускались вниз, постоянно. Долгие годы искали способ, как пробраться внутрь. И им удалось. Близится день, когда их отряд пополнится ещё на четыре человека. И тогда их, бойцов, а не диких людей, станет двадцать пять. Целый взвод.