— Не переживай, Ева. Всё это само разрешится со временем, только надо немного подождать. Твой разум и сердце подскажут тебе, что делать дальше и как поступать? Не забывай, что и тот врач тоже будет думать обо всём этом. Он тоже захочет принять какое-то решение в отношении тебя. Возможно, он захочет тебя отыскать. И вы вместе подумаете о том, нужны ли вы друг другу? Испытываете ли друг к другу какие-либо чувства?
— Ты так хорошо всё разъяснила мне. Тебе тоже пришлось пережить это?
— Нет. У меня никогда не было близости с мужчиной.
— Тогда как же ты рассталась с обречённостью?
— Мне помогла Есения.
— Есения? — Ева сжала кулаки. — Моя родная сестра тебе помогла, а мне не захотела?! Почему? Почему?
— Не суди её строго, — остановила её Лидия. — Она помогла мне случайно, не зная, что делает. Её подговорила на это бестелесная сущность, находившаяся в её теле в тот момент.
— Да какая разница, кто её подговорил? Главное — результат. Ты сидишь против меня свободная и без этого отвратительного греха в душе, который сегодня совершила я. Как это мерзко и отвратительно! Безумство, ничем не оправданное, управляло мной!
— Ева, успокойся! — строго произнесла Лидия. — Я предпочла бы избавиться от обречённости так, как это сделала ты. Мой случай просто ужасен.
— Чем же он так ужасен?
— Все мои воздыхатели мертвы. И это лежит тяжким бременем на моём сердце.
Она немного помолчала и продолжила:
— Я думаю, что, когда Есения повзрослеет, такая же тяжесть ляжет и на её душу. Ведь это она поспособствовала тому, чтобы ни в чём неповинные ребята и ничего не понимающие в своих поступках, убили друг друга. Их хоронили в один день. Все селяне были в шоке от случившегося. Теперь они плохо говорят обо мне. А мне приходится часто встречаться с родителями умерших ребят и смотреть им в глаза. Представляешь, что я испытываю? Так что успокойся. Считай, что ты удачно избавилась от обречённости. Можно сказать, малой кровью.
— Ну, да, можно сказать и так, — с иронией произнесла Ева. — А что происходило здесь после того, как я уехала? Куда подевались все остальные мои воздыхатели и автобус с работниками телевидения?
— Какое-то время трое парней на поляне, оператор и Паша Фёдоров продолжали валяться на земле. Корреспондент поснимала их ещё немного, а потом попросила водителя автобуса помочь занести в салон оператора. Тот всё ещё, еле ворочая языком, продолжал выкрикивать свои признания в любви. Минут через сорок после того, как ты уехала в машине скорой помощи, все, лежащие на земле воздыхатели, встали, как ни в чём не бывало, огляделись по сторонам с растерянным видом и разошлись. Автобус тоже уехал.
— Ну и дела-а-а! — протянула Ева. — Ладно, я пошла спать. Спокойной тебе ночи.
Она вернулась в комнату и легла в постель. Сон не шёл. Возбуждённый мозг никак не успокаивался и постоянно лихорадочно выкидывал какие-то мысли. Вдруг за окном послышался звук падающих капель.
— Странно, — подумала Ева, — весь день светило яркое солнце. Да и сквозь занавеску в комнате Лиды только что просматривалась луна. Откуда так быстро набежали тучи?
Она встала, подошла к окну, оттянула немного край шторы и посмотрела на небо. Оно было чистым, звёздным. Огромная луна по-прежнему находилась на нём. Но капли продолжали барабанить за окном. Вдруг что-то искрящееся подлетело к окну и остановилось чуть выше уровня её глаз. Девушка резко отпустила штору и замерла.
— Что-то странное творится, — подумала она. — Надо позвать бабушку.
Она вышла из комнаты, прошла через гостиную и остановилась перед комнатой Аделаиды. Из неё доносился громкий храп.
— Не стоит её будить, — решила Ева и вернулась к себе.
Потом постояла немного, прислушалась.
— Ничего не понимаю! Мне почему-то совсем не страшно.
Она снова подошла к окну, и выглянула из-за шторы. Маленькое, дымчатое существо, переливаясь крохотными искорками внутри тельца, лежало на спинке в воздухе. Его ручки были сложены на груди. Над профилем его лица то вырастали, то уменьшались реснички.
— Какая прелесть? — с восторгом произнесла Ева. — Кто ты?
Человечек перевернулся на бок, подперев ручкой голову.
— Какой забавный!
А тот сел и начал надувать свой палец. Он вскоре превратился в воздушный шар. Дымчатый человечек подцепил шар и потянул его вверх. Снизу стала появляться тонкая нить. Он протянул шар Еве той же рукой, на которой он был сделан. Но наткнулся на невидимый барьер, и шарик быстро сдулся, снова превратившись в палец. Человечек затряс головкой, делая вид, что плачет. А потом улетел. Ева долго стояла у окна в надежде, что он вернётся. Но человечек не вернулся. Огорчённая девушка подошла к кровати, легла в неё и заснула.
Спала Ева до самого обеда. Проснувшись, бросилась в гостиную и крикнула:
— Идите все сюда!
— Что случилось? — испуганно спросила Аделаида, выходя из своей комнаты.
Когда все собрались, Ева произнесла с восторгом:
— Вы не представляете, что я видела ночью за окном!
— Маленького переливающегося человечка? — ехидно спросила Есения.
— Да. А ты откуда знаешь?
— Поздравляю, сестричка, ты стала участницей группового психоза!
