Леночка нахмурила лобик в совершенно отцовской манере.
— Ва!
— Валя на учёбе, — всё, надула губы. Сейчас станет реветь. — Милая, давай ты поспишь, а когда проснёшься — они все уже вернутся. Правда-правда.
— Па! — ребёнок капризно топнул ножкой. — Па, па, па!
— Елена, ну-ка перестань, — самым строгим голосом сказала Настя. К сожалению, для её дочери существовало всего три безусловных авторитета, и мама в их число не входила. Леночка набрала полную грудь воздуха, собираясь добиваться своего по-плохому, раз уж по-хорошему не выходит, но тут раздался стук в дверь.
— Ва!
— Ма-ау! — прятавшийся под кроватью Джордж стрелой рванул в прихожую. И откуда у них обоих такая уверенность в том, кто пришёл?
На пороге действительно оказался запыхавшийся, одетый в спортивную форму Валентин.
— Привет!
— Привет. Заходи, — Настя попыталась отпихнуть в сторону путающегося под ногами кота.
— Я на секундочку, с физры смотался…
— Ва-а-а!
— Ох. Валь, зайди, пусть она тебя увидит. Да не разувайся…
— Всё нормально, мне не трудно. Привет, Ленчик! Что это ты маму расстраиваешь?
Леночка пропустила справедливый упрёк мимо хорошеньких ушек — как и её родитель, она предпочитала слышать о себе только приятные вещи. Поэтому капризница просто потянулась к вытребованному человеку.
— Я, собственно, зачем пришёл, — Валентин послушно взял девчушку на руки. — Олег звонил — у них какое-то ЧП на объекте, поэтому когда вернётся, он не знает. Сказал, чтобы вы не волновались: если будет совсем поздно, то он у нас ночь перекантуется. А ещё у тебя телефон разрядился.
— Опять! — Настя всплеснула руками. Ну, чудо современных технологий! Аккумулятора на три дня еле-еле хватает.
— Ладно, вроде бы всё рассказал — побегу обратно, — притихшую Леночку вернули в кроватку. — После пар зайти?
— Да, пожалуйста. Иначе я её полночи укладывать буду.
— Договорились. Елена Олеговна, ведите себя хорошо.
В трагическом детском вздохе отчётливо прозвучало Воеводино: «Только из уважения к тебе, Валентин».
— Всё, Насть, до вечера.
— До вечера.
Теперь дочка покладисто позволила уложить себя на дневной сон, дав матери целых полтора часа свободного времени. Конечно, дел было невпроворот, но вместо работы по дому Настя подкатила глубокое мужнино кресло к балконной двери, забралась в него с ногами и отпустила мысли за стекло, на волю.
На улице ноябрь: деревья скинули почти всю разноцветную листву, небо низкое, тёмно-серое. Такого же оттенка и асфальт на дорожке вокруг дома — дождь, что ли, был? Совсем не заметила за рутинной суетой. «Я устала, как же я устала, просто смертельно. Ничего, завтра у Олега выходной; только бы сверху не капало, чтобы они взяли Лену на прогулку. Может, и обед сами приготовят», — веки тяжелели, а держать их открытыми не находилось сил. Память мерно покачивала Настю сплетённом из воспоминаний гамаке: свадьба, беременность, рождение Лены. Три года, господи, каких-то три года прошло, а кажется — целая жизнь! «У меня всё хорошо: заботливый муж, здоровая дочка, своё жильё. Денег не сказать чтобы много, но нам хватает. Всё замечательно, так отчего я грущу?» В причудливое кружево размышлений вплёлся давний отзвук гитарных струн — «Печаль» Цоя. Серый страшно не любит играть по принуждению, но когда Леночку привезли в общежитие, и напуганный переменой места ребёнок плакал сутками напролёт, лишь гитара могла ненадолго успокоить кроху. «Они так любят Лену, все трое. Мне повезло, мне страшно повезло, только почему же настолько плохо и тошно? Почему?»
***
Свадьбу играли скромно: из гостей одни родственники да близкие друзья. Олег сам предложил организовать торжество на родине будущей супруги, в том числе потому, что с её стороны предполагалось больше приглашённых.
Из всех невест, выходивших замуж в ту пятницу, не было ни одной, которая могла бы сравниться с Настей. Даже много повидавшие работники ЗАГСа это признавали. Снежно-белое платье, которому объёмная вышивка придавала схожесть с древнерусским сарафаном, пышная фата, небрежно накинутая на плечи меховая мантилья и другая примета декабрьского времени — сапожки на невысоком каблучке. Царевна-Лебедь, Краса Ненаглядная; Олег гордился ею, как никогда. На свадебных фотографиях молодожёны представали сказочной парой: могучий витязь и нежная дева, которую он отбил у Идолища Поганого или ещё какого Змея-Горыныча.
Однако была в сказке маленькая нестыковка: отсутствие на тех изображениях верного друга, волшебного помощника богатыря — Серого Волка.
— Серёга не сможет приехать: деканат его по самую маковку бумажками завалил, — между делом заметил Олег, бросив взгляд в составленный любимой список гостей. — Останется здесь за нас обоих отдуваться.
— Подожди, разве он не твой свидетель? — пускай они не обсуждали кандидатуры, это казалось очевидным. Как Маргоша в качестве подружки невесты.
— Не, я Тоху попросил. Да, кстати, Валька тоже можешь вычеркнуть: ему пятницу пропустить смерти подобно.
