Юля убежала в свою комнату в слезах. Катя уткнулась лицом в грудь Марата. Артём смотрел только на экран видеосвязи с челноком Алексея. Видеосвязь пропала.
— Как пропала? — Глаза Андрея стали влажными, он пытался это скрыть, но Артём Сергеевич был слишком эмпатичен и заметил это. Последние 40 минут Андрей не делал записи в свой ежедневник, а просто слушал рассказ Артёма Сергеевича.
— Просто оборвалась, он сделал то, что задумал. Кстати, его расчеты были верны, первая база на Марсе «Новая жизнь» осталась полностью невредима. — Несмотря на то, что Артём Сергеевич был очень чувствителен к эмоциям окружающих, сам свои эмоции он держал при себе. — Следующие два года мы провели на базе вчетвером и выполнили свою миссию до конца.
— Мне кажется, я начал все понимать, кроме одной вещи. Почему эта история не вышла в свет раньше? Почему Вы решили рассказать об этом только сейчас?
— Ты знаешь, я ведь проводил потом несколько раз повторные расчёты своего плана с устройством гарпуна и сложением сил взрывов и двигателей Алексея. Шанс успешной реализации был равен не 70 %, а меньше 40 %. В тот момент страх потерять лучшего друга затмил мой разум. Алексей это знал и поступил так, как поступил. Подробности этой истории знало лишь руководство из моего сухого отчета.
Соколов Артём Сергеевич провёл рукой по своей кожаной записной книжке, открыл её на первой странице:
Ниже было дописано другим почерком и чернилами:
— Ведь мы с Лешкой на славу потрудились на Марсе над этой программой. И вот наконец-то я её закончил. Ты должен упомянуть о ней в своей статье, чтобы научная элита заинтересовалась этой программой и бросила все силы на изучение и доведения до ума наших с Алешей задумок. Боюсь, что я уже стар для воплощения этой идеи.
— Я расскажу всему миру об этом, не сомневайтесь! — Андрей Перов собрался и вышел из дома. Было уже поздно. Он свернул на главную улицу города. В середине улицы стоял монументальный столб с названием города, в котором он сейчас находился:
Перов теперь знал, что это не первое название базы, раньше она называлась «Новая жизнь». Он шёл домой, мысли лезли в забитую голову. Эмоции готовы были взорвать его изнутри. В голове прокручивалось название его будущей статьи:
