– Там будет человек. Он называет себя Кайотом. Когда ему предстоит умирать, передай ему весточку от его говорящей головы. Передашь?
Они не прощались. Отойдя от могилы, констебль повернулся и спросил:
– Приятно было с вами пообщаться. Но ответьте… Откуда вам известно так много?
Старик пожал плечами.
– Не знаю. Видимо, я слишком давно занимаюсь этим делом.
Больше не было произнесено ни слова. Работа продолжилась.
В след служителя закона уставился прозорливый взгляд. Лицо старика изменилось, став похожим на щетинистую кабанью морду, – но инспектор этого уже не видел.
2
На мокрые камни упало четыре куриные косточки, приняв странную форму наконечника стрелы. Из уст Маратани вырвалось едва различимое бурчание – и она повторила ритуал. На этот раз выпал крест, а две косточки поменьше застряли между камней и встали колом. Лицо всевидящей исказилось.
– Ну что там? – нетерпеливо произнес Ру-ру, постукивая по коленкам.
– Циц! Не люблю, когда мешают работать! Еще этот дождь, – раздраженно ответила та, смахнув с лица налипшую прядь.
В очередной раз кости ударились о камень.
– Ненавижу этого проклятого. Если бы не его удача, мы давно бы пировали. И как только я умудрился упустить его! – сжав зубы, не уставала возмущаться кукла. – Смотри скорее!
– Я же сказала: не торопи меня!
Ошпарив Ру-ру неистовым взглядом, всевидящая, нахмурив лоб, продолжила гадание.
Вскоре в ход пошли карты. Она разложила их небрежно, словно совершала этот обряд в последний раз – карты намокли, и различить выцветшие картинки было практически невозможно.
– Первый раз такое…
Маратани выглядела поменьшей мере растерянно. Еще раз, изучив выпавшие карты, она перевела взгляд на Ру-ру и неуверенно произнесла:
– Он направляется к своему дому.
– В свою мастерскую? То есть туда, где живет?! – удивление куклы не знало границ. – Но этого не может быть?
Не найдя, что ответить, всевидящая пожала плечами.
– Джинкс сказал, что точно слышал, как докторишка проблеял, будто отправил тело Фрита на Старое кладбище. Зачем Шраму совершать такой крюк?
– Необъяснимо, – согласилась Маратани.
Собрав свой инвентарь, она небрежно отряхнула юбку, и сделала уверенный шаг в направлении Часовой площади.
– Постой, ты куда? – остановил ее Ру-ру.
– К жилищу Шрама, – откликнулась она, присовокупив: – У нас мало времени.
– А что если карты лгут? Что тогда? Может быть это уловка?!
Ру-ру схватил ее за юбку и словно ребенок желающий заполучить от родительницы подарок, потянул ее на себя.
Маратани резко одернула шарнирную ручку.
– Кости, карты, узелки – все говорят об одном. Наш убийца изменил маршрут, и если мы хотим помочь констеблю, а в первую очередь, самим себе – стоит поторопиться!
Всевидящая говорила убедительно, не давая возможности ни на йоту усомниться в своих словах.
Без лишних разговоров Ру-ру согласился.
Дом встретил их угрожающей темнотой, всем своим видом показывая, чтобы непрошеные гости – убирались вон!
Приблизившись к окну, кукла осторожно заглянула внутрь. Безжизненные поделки бывшего мастера были разбросаны по углам, а оборванные нити символизировали его полное освобождение от своего ненавистного увлечения. Полумрак комнаты нежно обволакивал мастерскую, осторожно скрывая учиненный погром. Ру-ру представил, как опасный зверь мечется в клетке не в силах найти выход. Может быть, так оно и было? Последние дни, Шрам и правда, мало чем походил на нормального человека, больше напоминая загнанного хищника, который готов порвать в клочья любого, ради глупой прихоти хозяина.
– Он действительно сошел с ума, – прошептала кукла себе под нос. Взгляд скользнул по лестнице и устремился в маленькую комнатку, где обычно ночевал мастер – крохотный лучик света выдал чужое присутствие.
– Ты не ошиблась… Он там… – не отрываясь от стекла, прошептал Ру-ру.
Присев на колени, Маратани молча извлекла из сумки странные приспособления похожие на пыточные инструменты инквизиторов. Разложив их у стены дома, она соорудила некое подобие треноги, на которой покачивался круглый маятник, сплетенный из тугой проволоки.
– Ты что делаешь?
Спрыгнув с окна Ру-ру едва не разломал странное сооружение.
– Лучше не мешай, а то разозлюсь, – пригрозила всевидящая. – Или ты хочешь сунуться к убийце с пустыми руками?
Скривив лицо, кукла не стала спорить.
Очертив вокруг треноги ровный треугольник и вписав в него круг, Маратани стала рисовать около каждого из острых углов по несколько непонятных символов.
В доме послышались шаги. В один миг, оказавшись у окна, Ру-ру с жадностью прильнул к самому краю стекла, чтобы никоим образом не выдать себя.
– Скорее, а то уйдет! – заволновался соглядатай.
– Не трещи, – рявкнула всевидящая, стерев один из символов. – Будешь отвлекать, до ночи провозимся!
Ру-ру фыркнул:
– Можно подумать ты сможешь остановить его своими рисунками. Хватать его надо и все тут! Я сразу предупреждал Заговорщика. Собаке собачья смерть!
Женщина оставила слова куклы без внимания.