Здоровяк, пыхтя, подошел к засову и, приложив к нему ладонь, закрыл глаза, затянув протяжную мелодию.
– Большой профессионал своего дела, – любуясь работой приятеля, протянул сэр Заговорщик.
Раньше Шрам никогда не слышал, чтобы заунывным мычанием можно было отпирать внутренние замки. Иначе бы он обязательно продал этот секрет малышу Юнгерту, который был не превзойденным мастером по таким делам.
Пухлая лапища Куттера постепенно начала святиться приятным сиреневым светом. Шрам заметил, как на висках здоровяка выступил пот. Вскоре огромное тело взломщика затряслось, и он стал биться в конвульсиях, словно на него напал приступ слабоумия.
– Это нормально? – Шрам кинул взгляд на куклу.
– Тихо, – шикнул Ру-ру. – Не спугни фортуну…
В один миг мычание Куттера прекратилось, и мастер уловил несколько быстрых щелчков. Дверь отворилась.
– Я очень устал, – захныкав, будто ребенок, здоровяк повалился на каменный пол подземелья.
Сэр Заговорщик приложил руку ко лбу Куттера и, закрыв глаза, быстро произнес:
– Он скоро придет в себя и нагонит нас.
Ру-ру первым проскользнул за массивную дверь, и Шрам уловил быстрый стук маленьких ножек. Звук уходил куда-то вниз.
4
По дороге к дому констебль несколько раз останавливался и долго стоял в недоумении. Прислушиваясь к внутреннему голосу, он чувствовал, как его неудержимо тянет обратно к дому убийцы. Он словно бы что-то упустил. Неуловимую деталь, которая удивительным образом ускользнула от его внимательного взора.
Вблизи улицы Часов, Джинкс остановился в очередной раз и, сделав окончательный выбор, все-таки решил вернуться в дом Шрама и осмотреть его еще раз. Но в этот момент его осторожно окликнул женский голос.
– Инспектор…
Констебль обернулся.
Он сразу узнал ее. Сестра Стенли Фишбора, второй жертвы, выглядела ужасно бледной и едва стояла на ногах. Ее голову все также покрывал черный платок – знак скорби на ближайший месяц.
Та, что пыталась избежать встречи – сама повстречалась на его пути.
– Мисс? Простите, я не знаю ваше …
– Мисс Люси Девишь. Невил был мне сводным братом, – пояснила девушка.
Джинкс кивнул:
– Позвольте мне выразить свое соболезнование.
– Спасибо, инспектор. – На лице девушки возникло некое подобие улыбки.
– Вы хотели со мной поговорить?
Девушка ответила согласием:
– Я знаю, что вы были на месте смерти. И пытаетесь докопаться до правды. Мой брат погиб не случайно.
– К сожалению, пока, мне трудно подтвердить этот факт, – нахмурился констебль.
– Но это так! – не согласилась Люси.
– Я понимаю и разделяю ваши чувства, но, к сожалению, в моем деле требуются гораздо более весомые доказательства, нежели доводы и предположения, – смущаясь, Джинкс старался не смотреть девушке в глаза.
– Мои слова – не предположения. Я знаю наверняка, что моего брата насильно лишили жизни. И сделали это не простые уличные бродяги или грабители.
– Хотите сказать – Отрешенные не имеют к смерти вашего брата никакого отношения? – удивился констебль.
– Безусловно. И если у вас найдется несколько минут то я докажу вам это.
Джинкс с интересом посмотрел на мисс Девишь, уловив в ее взгляде некоторые искорки надежды. Она действительно была настроена решительно и не желала отступать от своей цели докопаться до истины.
– Я с удовольствием выслушаю вас, – поклонившись, произнес Джинкс.
Сегодняшний день он действовал исключительно по наитию. И кто знает, может быть, рукопожатие трубочиста и в самом деле оказалось судьбоносным. Пока констебль этого не знал, но вера в некую призрачную удачу, служитель закона все же сокровенно лелеял в душе. По сути, он страстно желал того же, что и мисс Девишь – узнать правду. И не важно, какой она окажется!
Тенистый парк, наполненный убаюкивающим запахом лип и кленов, был по-своему удивительным. Вычурные скамейки, непохожие друг на дружку, не затерялись среди пестрящей зелени. По обеим сторонам дорожки высились мраморные фигуры мускулистых героев и милых взгляду, полуобнаженных дев.
Парк 'Дань прошлому' располагался в восточной части Прентвиля и мог похвастаться богатой историей и едва уловимым налетом таинственности, которая витала среди извилистых аллей и узких дорожек, уводящих прогуливающихся на величественные холмы. Там, среди тенистых проходов, отголоском давно забытой истории, прятались миниатюрные мостики и фигуры застывших в смиренных позах служителей Карательного ордена. Конечно, времена гонений на ведьм и колдунов давно канули в прошлое, но память еще хранила боль тех жестоких времен.
Мисс Девишь подошла к одной из скамеек на спинке которой, притаился рыжий бельчонок. Девушка протянула ему орех, и постреленок, схватив подарок, кинулся в траву.
– Мне очень нравиться здесь, инспектор, – произнесла Люси, и ее спутник заметил, что на этот раз ее улыбка стала более смелой.
– Вы хотели рассказать мне о смерти брата, – напомнил инспектор.
– Да, конечно. Прошу прощения. У вас, наверное, мало времени. – Лицо девушки вновь стало печальным и она присев на край скамейки, посмотрела на Джинкса снизу вверх, так, словно готова была сознаться в страшных грехах.