Вулкан одним прыжком оказался рядом с отцом Сильверой и рывком поднял священника на ноги. Сильвера прикусил от боли губу. Он чувствовал излучаемый вампиром холод.
—
Кто-то постучал в дверь зала.
— Войди! — приказал Вулкан. Появились два вампира — юноша с длинными волосами, блондин, и плотно сбитый мужчина с короткой стрижкой. Они посмотрели вокруг. Вулкан рявкнул нетерпеливо:
— В чем дело?
— Грузовики, Хозяин, — сказал юноша. — Они уже готовы спускаться в город.
— Отлично! Отправляйтесь!
Юноша поколебался, глядя на труп Веса, потом снова посмотрел на повелителя вампиров.
— Ну, что еще?
— Некоторые… они испугались, Хозяин, — нерешительно сказал юноша. — Хотят знать, почему утихает буря. Ветер стал гораздо слабее.
— Скажи, пусть не боятся, — тихо приказал принц. — Вулкан держит все под контролем. И… привезите достаточно еды, чтобы сегодня все в замке наелись. Я устраиваю праздник. — Вулкан отпустил отца Сильверу и отошел в сторону от пылающего камина. Глаза его мерцали зелеными огоньками. — Послать курьера на фабрику. Пусть доставит мне доклад, немедленно. А ты, Ашер… — Плотный мужчина со страхом поднял голову, встретившись взглядом с Хозяином. — Эти дыры, через которые просачиваются беглецы, должны быть заткнуты сегодня же ночью, и заткнуты наглухо. Ты понял меня? Никто не должен убежать, никто! Или ты перекроешь утечку, или… — Молчаливая угроза повисла в воздухе.
— Вас все равно остановят… — вдруг слабо заговорил Сильвера, стараясь не наступать на поврежденную ногу.
На него надвинулось лицо вампира, губы Вулкана презрительно кривились.
— Кто?
Вулкан бросил взгляд на Кобру.
— Священник — для меня. А ты с этой женщиной получишь оставшихся двоих. — Он показал на Палатазина и Томми. — Когда насытишься, забери этого мертвеца и скорми собакам.
Вулкан хлопнул ладонью по плечу Сильверы, схватил его за руку и потащил к двери в другом конце зала.
— Пошли со мной, — велел он.
Сильвере, сцепившему от боли зубы, ничего другого не оставалось, как подчиниться. Проходя мимо Палатазина, он смутно узнал полицейского, но едва он попытался что-то сказать, как Вулкан открыл дверь комнаты и втолкнул туда Сильверу. Дверь плотно затворилась с жуткой каменной окончательностью.
Кобра тут же подскочил и запер ее на засов. Палатазин начал пятиться, стараясь закрыть собой Томми. Из дальнего угла зло светились глаза Соланж. Кобра усмехнулся и спрятал маузер во внутренний карман куртки. Теперь он не спешил — игра доставляла ему наслаждение.
— Некуда деваться, — с издевкой сказал он. — Некуда бежать. Вот это позор! Не беда, старик, теперь ты будешь жить вечно. И если ты мне в самом деле понравишься, завтра ночью я тебе разрешу вылизать дочиста мои ботинки. Как тебе это нравится?
Ухмыляясь, Кобра двинулся вперед, его пальцы, облитые кожей черных перчаток, изогнулись, как когти.
Палатазин и Томми продолжали отступать. Они ступили в лужу крови, оставленную Весом Ричером, тем, во что превратилась теперь его голова.
— Эй ты, Соланж! — сказал Кобра. — Тебе я оставлю мальчишку. А сам займусь стариной Палатазином.
Соланж поднялась. Взгляд ее был направлен на мертвого Веса, и она, словно во сне, подошла неуверенными шагами к трупу.
Палатазин переступил через осколки черного стола. Одна из резных ножек торчала, словно бычий рог. Она почти треснула, поэтому когда Палатазин ее высвободил, она осталась в его руках. Громадная черная дубинка с острым концом. Кобра продолжал надвигаться теперь гораздо осторожней, делая финты, ложные выпады, уходя в сторону. Тихий смех булькал в его горле. Глаза его впились в Палатазина, и тот чувствовал, что самоконтроль постепенно ускользает от него. Пальцы стали скользкими от пота.
