Они жаждут полностью

— Но Уолти не проведешь, — сказал он. — Посмотрим, как вы теперь будете смеяться над ним за его спиной! Теперь у него сила! Она внутри меня!

— Ну да, прекрасно. Но почему бы вам просто не затормозить вон там, и…

— Я не дурак! — громко сказал он. — И никогда не был дураком! — Он свирепо посмотрел на Гейл пылающими глазами, словно старался обратить ее в пепел. — Вот он думал, что я глупый! Хотел меня в полицию отвезти. Я все это знал. Посмотри. Я сказал, посмотри! — Он кивнул головой, приказывая ей повернуться к заднему сидению.

Гейл с бьющимся сердцем посмотрела назад. На полу, под задним сиденьем лежал труп мужчины. Без рубашки, с черными следами пальцев на горле. Лицо его превратилось в сине-красную кашу — очевидно, его сильно били чем-то тяжелым. Желудок Гейл свело. Она сжала ручку дверцы и увидела, как проносится мимо пустынная равнина на скорости 80 миль в час.

— Я не дал ей уйти, — сказал человек за рулем. — Они увезли ее на «скорой помощи». Потом пришли доктора. Они все… мучили меня. Мучили мою голову… разбирали ее на части, — застонал мужчина. — Но больше они смеяться не будут. Никто не будет. Я обладаю даром…

— Каким… даром?

— Его даром! — прошипел мужчина. — Его нет, но дар его передался мне. И я передам его сообщение тем, кто ждет его! Я должен… должен им сказать, что пора нанести удар! — Глаза его стали совершенно безумными, как треснувшие черные блюдца за толстыми стеклами очков. — Они подчинятся. Они будут делать все, что я скажу, потому что я был учеником Хозяина и сидел у его ног, и… Он коснулся меня!

— Не-е-е-ет! — хрипло прошептала Гейл, прижавшись к двери.

— Да, именно я должен продолжить его дело. Я буду искать их в других городах и скажу им, что пора найти нового Хозяина. — Он снова погладил болезненное место на лбу. — На следующий раз мы победим, обязательно, — прошептал он. — И они сделают меня таким, какие они, и я буду жить вечно, вечно… — Он захихикал, но тут же лицо его омрачилось.

«Бьюик» пронесся мимо указателя «Интерстейт — пересечение 40—4». Мужчина постепенно снижал скорость. Потом он свернул с дороги и направил машину прямо в пустыню. Гейл в отчаянии оглядывалась по сторонам, но вокруг ничего не было — плоская, как стол, пустыня, кактусы, кусты полыни. Когда скорость упала до тридцати, она попыталась выпрыгнуть, но он схватил ее за волосы и опрокинул на сиденье. Она извернулась, ударила его горящей сигаретой, но он сжал ее запястье и вытряхнул сигарету. Машина остановилась, и он сжал ладонью основание шеи Гейл. От ужасной боли она онемела. Он открыл дверь и вытащил ее наружу, швырнув на каменистый грунт.

Она в отчаянии принялась ползти. Он шел за ней, губы его влажно блестели, и когда она попыталась встать, он пинком сбил ее обратно на землю. Пальцы его сжимались и разжимались, словно он держал в ладонях по паре невидимых эспандеров.

— Я не могу отпустить тебя, — сказал он тихо. — Ты хочешь причинить им вред? Причинить вред и мне…

— Нет! — быстро сказала Гейл. — Вы не посмеете…

— Ложь! — завопил он и ударил Гейл ногой в бок. Она вскрикнула от боли и попыталась закрыть лицо руками. Он нависал над ней, темный силуэт на фоне звездного неба, дыхание было быстрым и громким.

— Ты должна умереть. Сейчас.

И в следующий миг он бросился на нее. Одним коленом он уперся в живот Гейл, схватил ее за горло и начал сдавливать. Она сопротивлялась, извивалась, пыталась откатиться в сторону, но он навалился на нее всей тяжестью, пригвоздил к земле, и к голове уже начала приливать кровь. Она ударила его, сбив очки.

— Продолжай, — ухмыльнулся он. — Да. Дерись. Продолжай.

Гейл уперлась ему в подбородок, она хрипела, как пойманный в ловушку зверь. Он стонал в экстазе наслаждения, оседлав ее, усевшись на ней верхом, чувствуя, как бьется под ним упругое тело. Руки Гейл обессиленно упали. Глаза ее закрылись, дыхание стало хриплым, судорожным.

Вдруг правая рука Гейл нащупала осколок камня с острыми краями, лежавший почти рядом с ее головой. Перед глазами ее танцевали черные и красные точки, но она заставила себя сконцентрироваться на камне, чтобы как следует его схватить.

Потом она стремительно описала камнем дугу, ударив мужчину сбоку, в голову. Он застонал, удивленно открыв глаза. Она ударила еще раз, и он упал на бок.

Гейл оттолкнулась ногами и выбралась из-под него, тяжело дыша. Когда она попробовала встать, накатилась тошнотворная волна головокружения. Тогда она стала ползти. Обернувшись, она увидела, что он лежит неподвижно, лишь одна рука продолжает сжиматься и разжиматься, как у испорченного автомата.

Потом он вдруг сел. Голова его была как бы свернута на сторону, словно удар Гейл повредил какой-то проводок в его нервной системе управления.

Она принялась изо всех сил ползти прочь, все еще сжимая спасительный камень.

— Я тебя найду! — завопил он. — Не уйдешь, нет! Будешь служить Хозяину… будешь… служить… — Он поднялся, упал, снова неуверенно встал и принялся искать Гейл, ощупывая дорогу руками.