Он подошел к аппарату сзади, забрался на шершавый корпус и с удивлением обнаружил, что один из люков открыт. Ловушка или неосторожность? Тейу медленно пролез внутрь и оказался в тесном коридоре. Ничего не произошло. Восхитительная волна тепла пронзила его насквозь. Он был сосредоточен и решителен. Знал, что без колебаний воспользуется оплошностью старика. Поднял над собой обломок рычага и стал красться к голове машины. Пробирался мимо труб, агрегатов с мигающими огоньками и мощных приводов, но не обращал на них внимания. Он сосредоточился на люке, который виднелся в конце коридора. Что он будет делать, если окажется запертым? Или, что еще хуже, что он будет делать, когда Урес покинет аппарат, прежде чем ему удастся подойти достаточно близко, чтобы нанести удар? Напряжение нарастало. Обостренное восприятие Тейу усиливало каждый звук. Тихие шорохи, писк и стук окружавшей его машины напоминали непонятную акустическую речь. Тейу не мог разобрать эти звуки, но намерения, скрывавшиеся за ними, читались без малейшего труда. Аппарат подгонял его, побуждал, поддерживал и убеждал, что он тоже хочет избавиться от Уреса.
Тейу подошел к люку. Тот был приоткрыт. Еще бы. Ведь в этом месте ему поможет любой болт, перемычка или петля. Осторожно, не производя шума, Тейу начал перемещаться по голове машины. Приподнявшись, он поискал глазами Уреса. И тут же его окутал взрыв феромонной речи.
– Наконец-то! Я думал, ты не придешь.
Тейу невольно опустил конечность. Обломок стукнулся о костлявую обшивку головы, и вдруг все звуки перестали звучать как слова, перестали что-либо значить.
– Что? – спросил он ошеломленно.
– Не «что», а просто подойди сюда побыстрее и вклинься в свой ложемент, пока Аворро не начнет заряжать турбины.
Тейу вошел внутрь и увидел, что Урес втиснулся в тугую ажурную втулку, которая торчала из вогнутого дна сегментарного окна. По другую сторону головы находилось еще одно окно, с такой же втулкой, но пустое.
– Поторопись, – назидательно сказал старик.
Изумленный Тейу отложил бесполезный обломок рычага, подошел к втулке, подпрыгнул и скользнул внутрь. Он не мог пошевелиться, на мгновение ему показалось, что его вот-вот раздавит, но это быстро прошло. Он вдруг почувствовал себя более крупным, крылатым, в животе у него заревели турбины, работающие на холостых оборотах. Он подвигал головой и усиками. Огляделся. Краем фасетчатого глаза заметил движение. Он посмотрел в ту сторону. Одна из мерцающих конечностей светящегося колосса поднялась над руинами города и стала стремительно опускаться. Прямо на них.
– Начинается, – сообщил Урес.
– Но что? – спросил Тейу, источая панический страх.
– Аворро зарядит турбины, и мы сможем выбраться отсюда. Нужно только хорошенько прицелиться в первый прыжок. Он будет самым трудным, но должно получиться. В противном случае у нас может возникнуть проблема.
Нога неумолимо приближалась к ним.
– О чем ты говоришь? Я вообще не знаю, что делать, и понятия не имею, как управлять этим аппаратом.
– Это не аппарат, а Кузнечик. А кузнечики прыгают. Просто прыгают. Мы должны позволить ему прыгнуть, понимаешь?
Нога вонзилась в корпус Кузнечика. Тейу почувствовал, как турбины стремительно набирают обороты. Нарастающий визг перешел в оглушительный рев, и машина затарахтела.
– И что теперь?
– Подожди, пока он закончит.
Через мгновение нога отступила и сдвинулась в сторону.
– Посмотри туда, – распылил старик. – Видишь край верхней стены каньона?
Его было бы трудно не заметить. Гигантская наклонная плоскость заполняла собой большую часть видимого пространства. Глядя на нее, Тейу понял, о каком скачке говорит Урес.
– Я не справлюсь.
– В самом деле? – усмехнулся старый камрон, но на сей раз это прозвучало так, будто Тейу шутил сам с собой или был порождением разума Кузнечика и невольным свидетелем его мысленных дебатов и размышлений.
Феромонные слова кружились вокруг него, как мысли. Их было трудно отличить друг от друга. Тейу начал игнорировать те, которые исходили от камронов, и сосредоточился на прямых подсказках крыльев, усиков, турбин и мощных ног Кузнечика. Он стал Кузнечиком. Он перестал понимать слова, которые произносил старик. Он тарахтел сосредоточенной мощью и всем своим естеством желал только одного – добраться туда, где ждет его это вожделенное место, это чудесная впадина, этот притягательный отпечаток Крек'х-па. Он припал к земле и прыгнул.
