Бэрил достал трубку и долго раскуривал её. На этот раз дым был почти не виден, только лёгкое пурпурное сияние, медленно двигающееся по направлению к Сину, и едва ощутимый древесный запах говорили, что он творит какую-то магию. Син ничего не заметил, только сонно заворочался, устраиваясь поудобнее.
— Ночью он увидит чудесные сны, — прошептал Бэрил, заговорщически улыбаясь жене, — а завтра не сможет вспомнить ни одного ругательства. Ох и нелегко ему придётся! Забыть все слова, что он знает…
Оникс неслышно похлопала руками по коленям в знак одобрения. Нет, всё-таки её муж что надо! Она не прогадала.
***
Весь следующий день они шли, Бэрил и Син были мрачны, это сильно тяготило Оникс, ей хотелось как-то разрядить обстановку. Она решила снова завести разговор о Тарде.
Когда Оникс спросила Бэрила, стоит ли его дом в центре или же на краю города, он замешкался. Она ждала ответа, но Бэрил не отвечал.
— Ты что, не знаешь, где находится твой дом? — нахмурилась она.
— Я знаю ГДЕ он, но где он сейчас, в центре или на окраине, сложно сказать.
Этот ответ совсем запутал принцессу.
— Он хотя бы большой или маленький? — попыталась она узнать хоть что-то.
Бэрил снова замялся:
— Понимаешь, сложно сказать, как он выглядит сейчас. Погоди и сама всё увидишь, — нашёлся он и больше не отвечал на её вопросы. Син, который шёл тут же и слышал их разговор, красноречиво покрутил пальцем у виска.
— Похоже, у твоего муженька вообще нет никакого дома, — прошелестел он ей на ухо, улучив момент, когда Бэрил шептал что-то ворону.
Оникс с силой наступила ему на ногу. Син зашипел, прыгая на одной ноге. Однако, хотя она не подавала вида, она беспокоилась. У неё уже давно болело всё тело, непривычное к таким долгим переходам, она больше походила на бродягу, чем на леди. Син, позабывший разом все ругательства, был особенно несчастен. У явно не хватало словарного запаса, чтобы выразить всё своё негодование.
Вернулся Рик-рок и принёс хорошие новости.
— Лес скоро закончится, — объявил Бэрил, — мы идём в нужном направлении, к вечеру выйдем к небольшому поселению на границе Дравы. Там мы пополним запасы и, возможно, сможем заночевать.
«И принять ванную», — подумала Оникс.
Это воодушевило их, они прибавили ходу и к закату увидели, как деревья редеют и вышли к долгожданному поселению, с десяток домиков, стоявших на приличном расстоянии друг от друга. В деревушке была своя лавка, но больше ничего. Бэрилу отчего-то приглянулся второй с краю дом, внешне ничем не отличающийся от прочих. Бэрил постучал в широкую бревенчатую дверь, открыла девчушка лет девяти, ойкнула и нырнула опять вглубь дома. Они остались ждать на пороге.
— Парлиска говорит, колдуны нам пожаловали? — к ним вышел степенный мужик богатырского телосложения. Одни его кулаки были размером с горшки.
— Хозяева, пустите переночевать? — спросил Бэрил.
— Отчего же не пустить, господин колдун, — осклабился кузнец, — в прошлый раз вы неплохо подсобили нам. Жарика, накрывай на стол! Сегодня как раз топили кострицу, она не успела остыть, и вода там осталась. Милости просим.
— Ты не говорил, что уже бывал здесь, — заметила Оникс.
— Приходилось однажды.
Пока Оникс с наслаждением оттирала грязь и вымывала волосы, Бэрил и Син отправились в лавку. Вернулись они с сумкой, полной еды, у Сина к поясу была прицеплена здоровенная фляга, но выглядел он понуро.
— Что это с ним? — спросила Оникс.
— Знакомого встретил, — Бэрил не стал вдаваться в подробности. Он тоже не выглядел особо довольным, — выходим завтра утром. Портал уже недалеко, скоро мы будем дома.
Он обратился к кузнецу и его семье:
— Познакомьтесь, моя жена. Позаботьтесь о ней.
Мужчины ушли в кострицу, а радушная Жарика, жена кузнеца, усадила принцессу за стол. Парлиска с любопытством выглядывала из-за занавески. Оникс ободряюще улыбнулась ей.
— Мы рады вам, — сказала Жарика, — в этих местах редко бывают путники. И не всегда это добрые люди, как вы. В эти смутные времена безопаснее быть колдуном, чем человеком.
«Они не считают магов людьми», — Оникс не подала виду, что её расстроили слова женщины.
— Смутные? Что-то происходит?
Женщина наклонилась к ней вплотную, её худощавое лицо в зеленоватом свете камней-светильников выглядело зловеще:
— Люди пропадают. Зверьё волнуется, а уж оно-то чует что-то. Тёмные личности всё чаще приходят в наши места. Это не к добру. Мы пустили вас к себе только потому что знаем господина колдуна.
Встать утром оказалось невероятно сложно. Если бы ноги принцессы могли говорить, они давно помогли бы Сину пополнить запас ругательств. Но Бэрил был неумолим. Син неожиданно присоединился к нему:
— Лавочник в этом поселении не так прост, как кажется. Ты не видела предсказателя, что служит ему. От этого старика ничего не осталось, а ведь два года назад я говорил с ним в Скуорише. Ему было не больше сорока лет.
Они снова зашли в лес, но шли по дороге вдоль границы, не углубляясь в него. В небе показалась чёрная точка.
— Опять твой ворон летит, — Син сощурился, всматриваясь.
— Рик-рок не может быть здесь, — возразил Бэрил, — я дал ему другое поручение.
