Я помню свои чувства и безумно странные мысли о том, что я непременно должна расплатиться своей жизнью, принести себя в жертву Богам. Но это словно происходило во сне, а не наяву. В тот момент я будто не управляла своими мыслями, потому что сейчас я думаю совсем иначе. Более того, я даже не понимаю, как подобные мысли могли возникнуть в моей голове.
Мы не выбираем то, что происходит в наших снах, однако действуем в них и мыслим почти так же, как и в реальности, не утрачивая своей личности.
А со мной все было иначе. Я будто утратила себя, на время присвоила мысли, которые не принадлежали мне…
─ Госпожа, вам бы принять горячую ванну, ─ все еще дрожащим от нервного потрясения голосом проговаривает моя служанка, помогая снять мокрые тряпки.
─ Было бы хорошо. Спасибо, ─ отвечаю ей хрипло и забираюсь под теплое одеяло, натянув его до подбородка.
Только Фрина не торопится скрыться в ванной. Она продолжает стоять напротив и пристально смотрит на меня с чувством неловкости и поджимает губы.
─ Вы только оставайтесь в своей постели, прошу вас, ─ осторожно произносит она и опускает взгляд. ─ Я понимаю, что вы сейчас очень переживаете, но… Я знаю, что вы не хотели допустить ничего подобного. Леди Верана наверняка сама спровоцировала вас. Она ведь всегда так делала! И вы не должны теперь винить себя в том, что произошло…
─ А ты сама это видела, Фрина? ─ напряженно спрашиваю я. ─ Или рассуждаешь, исходя из слухов?
Я не помню, кого из слуг видела рядом в тот момент, когда осознала произошедшее с Вераной. Их было много, а мне было совсем не до того, чтобы разглядывать присутствующих.
─ Видела, госпожа, ─ обреченно отвечает Фрина. ─ Я прибежала на крик Берты. Услышала обрывок фразы леди Вераны и ее смех… ─ она ёжится, будто ей стало зябко. ─ Он был такой противный и пугающий…
─ А потом? ─ нетерпеливо спрашиваю я.
─ А потом вы толкнули леди Вернану, и она ударилась животом о дверную ручку, упала…. И я увидела кровь…
Фрина никогда не стала бы мне лгать, как и Берта. Но если Берта отличалась лишь повышенным чувством справедливости без эмоциональной привязки к кому-либо, то с Фриной у нас всегда были очень теплые отношения. Она никогда бы меня не предала. Могу поклясться Богами, что она не лжет и говорит лишь то, что видела на самом деле.
─ Я не помню, как это произошло, ─ хриплым шепотом проговариваю я и качаю головой. ─ У меня даже мыслей не было толкать ее, Фрина! Не спорю, Верана меня часто раздражала своими поступками, но я никогда не позволила бы себе поднять на кого-то руку. И эта ситуация с крышей… ─ я мотаю головой и вскидываю на свою служанку взгляд, пытаясь встретить поддержку. ─ Я клянусь, что не знаю, как оказалась на этой проклятой крыше. Я ведь даже об этом не думала! Как это возможно, скажи мне? Я не понимаю…
Необъяснимость произошедшего накрывает меня отчаянием. Неужели я просто сошла с ума, и другая личность, сидящая во мне, берет теперь контроль над моим телом и мыслями?
─ Вы, правда, ничего не помните? ─ с легким испугом переспрашивает Фрина.
─ Совсем ничего, клянусь тебе. Я проваливалась в какую-то тьму, а когда выныривала из нее, то видела лишь последствия того, что произошло.
Распахнувшая дверь моей комнаты прерывает наш разговор. Проскочив в двери, Берта торопливо подходит ко мне с тарелкой бульона на серебряном подносе, а Фрина уходит в ванную, и до меня доносится шум воды.
─ Спасибо, ─ благодарю я экономку, усаживаясь в постели и принимая поднос.
Медленно отогревающиеся конечности болезненно покалывает, задеревеневшие пальцы сгибаются с трудом. Но я все же кое-как зажимаю пальцами ложку и начинаю есть.
Знаю, как тяжело можно заболеть после такого охлаждения, поэтому сейчас нужно через силу делать все, чтобы не подорвать здоровье.
─ Госпожа, ─ напряженным тоном произносит Берта, опустившись в кресло рядом с моей постелью. ─ Как вы понимаете, я буду вынуждена доложить обо всем господину Арэну, когда он вернется домой.
─ Само собой, ─ горько усмехаюсь я.
Иначе и быть не может. Да и лучше пускай он обо всем узнает от Берты, чем от Вераны. Ведь эта гадина преподнесёт все в таких красках, что обелиться будет невозможно.
─ И я доложу ему обо всех обстоятельствах, ─ продолжает Берта. ─ О том, что леди Верана покинула свои покои, несмотря на запрет. И о том, что она говорила вам, спровоцировав на необдуманные действия. Я постараюсь защитить вас, госпожа, но…
─ Но ничего не обещаешь, ─ продолжаю за нее, кивнув. ─ Я все понимаю, Берта. Спасибо. И пожалуйста, пускай он встретится со мной прежде, чем отправится к Веране. Я хотела бы поговорить с ним сразу же после тебя.
─ Конечно, госпожа, ─ кивает Берта и поднимается с кресла. ─ Я передам ему ваше пожелание.
Наутро голова тяжёлая, болезненно давит на виски. Но я хотя бы не разболелась после вчерашнего переохлаждения. Однако ночью мне казалось, что я все же брежу в лихорадке, и это ощущение было неприятным и тревожным.