─ Госпожа, вы должны продержаться еще немного, ─ уверенным тоном произносит Берта, а у самой глаза полны страха. ─ Стражники уже бегут вниз и обязательно вас поймают, если вы все же упадете. Но я сейчас сбегаю за веревкой, и мы постараемся помочь вам и не допустить падения.
Я лишь едва заметно киваю, сглотнув колючий ком, и взглядом провожаю Берту, скрывающуюся во тьме коридора.
Слишком мало шансов, что стражники поймают меня. Но все же они есть, и я готова даже к последствиям в виде ушибов и переломов. Это явно лучше, чем мучительная смерть.
И все же я надеюсь, что смогу выкарабкаться и не упасть.
Боги, помогите мне, молю!
Берта, поторопись!
Кожу рук уже жжет от холода, кончики пальцев теряют чувствительность. Но это ерунда по сравнению с тем, что я перестаю чувствовать собственную ногу, на которую опираюсь всем весом.
Не знаю, почему говорят, что перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. В тот миг, когда я падала, и мне казалось, что смерть совсем близко, то в моей голове была полная пустота, а в душе лишь непроглядный страх.
Но сейчас, когда я нахожусь в застывшем ожидании, а моя жизнь все еще висит на волоске, в голову непрошено пробивается горькое осознание: всю свою жизнь я прожила не так.
Я даже не боролась за себя, не пыталась сделать свою жизнь лучше. С детства меня приучили просто существовать, и по-другому я просто не умела.
Единственной моей борьбой прежде была лишь битва за черствую корку хлеба и за то, чтобы не замерзнуть ночью.
У меня не было перед глазами хорошего и правильного примера, как надо. Меня не учили этому, а сама я, увы, стала понимать что-то только сейчас.
И когда я оказалась в доме своего мужа, то у меня просто отпала необходимость выживать и бороться за что-то лучше. По крайней мере, так я думала.
Конечно, любая на моем месте была счастлива тем благам, что на нее буквально свалились с неба. Я просто приняла это без мысли, что должна давать что-то нужное и стоящее взамен.
Разве я думала тогда о том, что любовь тоже нужно заслужить. Да и не заслужить даже, а хотя бы давать повод тебя любить.
Арэн взял меня в жены, как требуют того традиции, обеспечил меня всем. Но почему я думала, что и любить он должен меня беспрекословно? Почему он должен был внезапно полюбить простую и непримечательную сироту, которая даже и не попыталась выделиться, показать себя в лучшем свете?
У меня ведь было столько поводов, чтобы влюбиться в своего мужа. А какие поводы были у него?
Я должна была бороться за свое место, доказать мужу, что заслуживаю его. А вместо этого я просто расслабилась и поплыла по течению, не осознавая необходимости стать частью его жизни.
И ведь я не поняла этого даже тогда, когда Верана появилась в нашем доме. Я по-прежнему ничего не делала, смирилась и продолжала плыть все по тому же течению, не понимая, в какие воды меня занесет.
─ Госпожа, хватайтесь! ─ слышу голос Берты, и в этот же момент на снег рядом со мной с глухим звуком приземляется веревка.
Тяжелые мысли пошли мне сейчас на пользу и помогли отвлечься от ощущения отнимающейся ноги и попыток трепыхаться.
Крепко, насколько могу, сжимаю ладони и спиваюсь ногтями в кожу, чтобы вернуть рукам хоть какую-то чувствительность. На всякий случай обматываю веревку несколько раз вокруг руки на случай, если случайно упущу ее, и кивком подаю знак о готовности.
Пока несколько стражников стоят внизу в ожидании худшего, другие уже подоспели сюда и теперь с силой тянут меня к себе.
Неужели я спасена и теперь могу выдохнуть?
Чувствую, как меня подхватывают под руки, помогая встать. Ватные ноги подкашиваются моментально, как только я пытаюсь опереться на них, но хрупкая Фрина заботливо ловит меня в свои объятия. Ее тонкие ручки обхватывают меня осторожно, но крепко.
─ Спасибо, ─ глухо выдыхаю я вместе с облаком пара. ─ Я всем вам очень благодарна, что спасли меня.
Сердце в груди начинает колотиться быстро-быстро, до головокружения, тело пробивает мелкая дрожь. Я будто только сейчас в полной мере осознаю, что со мной едва не произошло.
Мой разум медленно проясняется, и вновь всплывает вопрос, на который у меня нет ни ответа, ни даже предположения: как я оказалась на крыше?
Фрина с Бертой отводят меня в комнату.
─ Вам нужно отогреться. Я принесу горячий бульон, ─ проговаривает Берта, шагнув к двери, и бросает строгий взгляд на Фрину, ослабляющую шнуровку на моем промокшем и холодном платье.
В глазах экономки читается беззвучная фраза: «Следи за госпожой, чтобы она больше не сотворила никаких глупостей».
Но я ведь ничего не делала! Не собиралась выходить на крышу, не собиралась сбрасываться вниз… Как и не собиралась калечить Верану.
Точно, Верана!
По понятным причинам я успела позабыть об этом необъяснимом и страшном курьезе. А сейчас вся эта неразбериха всплывает в голове, взрываясь кучей вопросов.