Норвуд и Даукер повернулись к сэру Руперту, чтобы посмотреть, какое впечатление произвело на него появление его жены, когда увидели, что он, бледный как смерть, сделал шаг вперед.
– Вы хотите видеть меня? – спросила дама, подходя к группе.
– Вы… вы… – воскликнул сэр Руперт сдавленным голосом. – Вы не леди Бэлскомб.
– Я? – удивилась женщина. – Нет, я не леди Бэлскомб.
Даукер и Норвуд резко обернулись.
– А кто вы?
– Лена Саршайн!
Если и были когда‐нибудь три человека, застигнутые врасплох, то они, несомненно, находились в каюте «Чайки». Что же касается мисс Саршайн, то она смотрела на них с выражением спокойного удивления.
– Не будете ли вы так добры объяснить, чего вы хотите? – тихо спросила она. – Вам нужен лорд Каллистон?
– Нет, – ответил Даукер, немного придя в себя, – мы хотели видеть вас.
– Видеть меня? – озадаченно спросила она.
– Или, по крайней мере, леди Бэлскомб.
Мисс Саршайн презрительно улыбнулась.
– А, я понимаю, что вы имеете в виду, – бесстрастно произнесла она. – Вы думали, что лорд Каллистон сбежал с леди Бэлскомб – он так и собирался сделать, но я изменила его планы и сбежала с ним вместо нее.
– А где вы оставили леди Бэлскомб в тот вечер, когда навестили ее? – поинтересовался Норвуд.
– Я не отвечу на этот вопрос, пока не узнаю, кто вы, – нахмурилась она.
– Я объясню вам, – сказал сэр Руперт, до сих пор хранивший молчание. – Этот джентльмен – мистер Норвуд, адвокат, это – мистер Даукер из Скотленд-Ярда, а я – сэр Руперт Бэлскомб.
– Вы… вы сэр Руперт Бэлскомб? – быстро спросила она.
– Муж вашей сестры.
– Откуда вы знаете, что леди Бэлскомб была моей сестрой?
– Я узнал об этом, – вмешался Даукер, – от вашего отца, капитана Диксфола.
– Мой отец, – прошептала она, побледнев, – вы его видели?
– Да.
– Итак, – холодно сказала она, – теперь, когда вы узнали о моем родстве с леди Бэлскомб, чем я могу быть еще полезна?
– Мы пришли по поводу ее убийства, – произнес Даукер.
Она подалась вперед с внезапным криком.
– Ее убийстве… ее… что вы имеете в виду?
– Я имею в виду, что жертвой убийства на Джермин-стрит, которую мы приняли за вас, оказалась леди Бэлскомб.
– Моя жена! – простонал сэр Руперт, закрыв лицо руками.
– Боже! Это ужасно, – воскликнула Лена и опустилась в кресло. – Амелия мертва… убита… кем?
– Именно это мы и хотим выяснить, – сухо сказал Норвуд.
– Но у нее не было врагов, – пробормотала мисс Саршайн вполголоса. – Ни одного, кто желал бы ей смерти, я не могу припомнить. Я не могу… – и вдруг, пораженная мыслью, она спросила: – А почему вы решили, что мертвая женщина – это я?
– Потому что она была одета в вашу одежду.
– Да! да! – подтвердила она лихорадочно. – Теперь я понимаю… Я понимаю.
– Где вы видели ее в последний раз? – задал ей вопрос Норвуд.
– В ее собственном доме на Парк-лейн.
– Вы оставили ее там?
– Нет! Она меня оставила.
– О! – воскликнул Даукер, и его лицо озарилось догадкой. – Теперь я понимаю – вы переоделись там, и она первой вышла из дома.
– Да, она так и сделала – отправилась к Каллистону.
– Я так и думал! – торжествующе вскричал Норвуд. – Десмонд видел леди Бэлскомб.
– Десмонд! Десмонд! – эхом отозвалась она. – Какое отношение он имеет ко всему этому?
– Просто он сейчас находится в тюрьме по обвинению в убийстве Лены Саршайн.
– Я понимаю… вы приняли мою сестру за меня… Но убийство… я не могу понять… Я не могу понять… – И она прижала руку ко лбу.
Сэр Руперт поднял глаза.
– Послушайте меня, – велел он сурово, – жизнь человека зависит от ваших показаний, так расскажите же нам все, что произошло между вами и моей женой в ту ночь.
На столе стоял графин с водой, и, наполнив из него стакан, Лена быстро выпила его, а затем с посеревшим лицом повернулась к трем мужчинам, которые сидели перед ней мрачные и молчаливые.
– Я расскажу вам все, – произнесла она сдавленно, – и вы сами сможете сделать выводы.
Все трое приготовились слушать, и она дрожащим голосом, который постепенно становился все тверже, поведала следующую историю:
