А этого он не мог ей дать, да она этого от него и не требовала. Он поклялся никогда не впадать в эмоциональную зависимость от женщины. Но, судя по тому, как у него щемило сердце, было уже поздно вспоминать об этом.
Если бы только она этого не говорила! Он мог бы продолжать притворяться, что, если она будет очень занята со своей пекарней, это даст ему время, чтобы задушить все нежелательные чувства в самом зародыше.
Но теперь… он не мог игнорировать ее признание и должен был поступить в соответствии со своим кодексом чести.
– Вив, – начал он, – ты уже целый год говоришь мне, что твой бизнес отнимает у тебя все свободное время, поэтому ты ни с кем и не встречаешься. И как при таком графике ты планировала найти себе мужа?
– Не знаю, – ответила она. – И мои кексы действительно важны для меня. Но не только они. А этот марафон с бизнес-планом только заставил меня лучше осознать это. Я буду рада расширить свой бизнес, но не ценой отказа от такого замужества, которое, на мой взгляд, сделало бы меня счастливой. И я хочу… мне нужно… покончить с этим обманом.
Покончить. С ним, она имела в виду. Острая боль пронзила его сердце.
– Я понимаю тебя. Ты заслуживаешь такого счастья, но я не могу дать тебе его.
Она отняла руки от своего лица. Оно окаменело настолько, что он едва узнал ее.
– Ты никогда не задумывался о том, чтобы жениться по-настоящему? – прошептала она.
Ни разу. До сегодняшнего дня. И что она имела в виду под настоящим браком? Любить и почитать друг друга до конца жизни? Второе он мог ей дать. Но согласится ли она на это? И тогда он сможет сохранить и их дружбу и этот брак. Но как при этом не отступить от данной им клятвы? Этот разговор ему следовало бы начать до того, как они поженились. И он никогда не женился бы на ней, если бы знал, что она лелеет мечты о вечной любви. И тогда не произошло бы той катастрофы, которая произошла только что.
– Вив, – серьезно сказал он, взяв ее за руку. – Я женился на тебе как раз из-за того, что не хотел вступать в настоящий брак. Это было намеренно.
Он увидел, как боль промелькнула в ее глазах.
– Потому что я не та женщина, которая годится для женитьбы?
Он понял, что обязан сказать ей правду. Чтобы окончательно не выглядеть настоящим ослом.
– Не потому, что ты недостойна любви. – Господи, что с ним было не так? Он причинял ей боль своей откровенностью. Она рассказала ему о своих заветных мечтах, потому что доверяла ему. А он бездумно разрушал эти мечты. – Я привязан к тебе. Но нам следовало давно поговорить обо всем этом. Я ведь никогда не рассказывал тебе о Маркусе.
С широко раскрытыми глазами она выслушала всю историю о том, как его друг погиб из-за несчастной любви, и об их с друзьями пакте.
– Значит, ты, Уоррен и Хендрикс образовали клуб Никогда Не Влюбляющихся? – спросила она со слезами на глазах.
– Это не клуб. Мы торжественно поклялись, и я очень серьезно отношусь к нашей клятве.
Она растерянно кивнула.
– Понимаю. Вместо того чтобы разделить свою жизнь с любимым человеком, ты решил оставаться верным клятве, которую дал под влиянием стресса десять дет назад?
– Нет, – спокойно возразил он. – Я намерен не нарушать наш пакт, просто потому что я такой человек. Это соответствует моим взглядам на жизнь.
– Быть одиноким? Ты хочешь быть таким?
Почему ее так внезапно взволновало его эмоциональное состояние?
– Это несправедливо. Я не хочу быть одиноким. Поэтому мне так нравится быть женатым на тебе. Мы прекрасно проводим время вдвоем. Ужинаем. Смотрим телевизор.
– Но не в последнее время, – со значением сказала она.
Этот упрек задел его, но ему нечего был возразить.
– Не в последнее время, – согласился он. – И я хотел бы сказать, что это происходит потому, что мы оба очень заняты. Но это не вся правда. Просто… я слишком привязался к тебе. Мне необходимо было восстановить дистанцию.
– Из-за вашего пакта. – Ее глаза снова заблестели от слез. – Ты делал это нарочно.
Джонас кивнул. У него разрывалось сердце при виде выражения на ее лице. Ему хотелось схватить ее в объятия и сказать, чтобы она забыла весь этот вздор. Потому что он хочет, чтобы она оставалась его другом. И его любовницей.
Но он не мог этого сделать. Он рассказал ей про пакт, и вместо того, чтобы бежать от него как от чумы, как поступило бы большинство женщин, она заставила его чувствовать себя виноватым.
– Это был единственный способ оставаться твоим мужем и в то же время не нарушить данной с моими друзьями клятвы. И данного тебе обещания. Я обещал тебе, что в нашем браке не будет никакого давления. И я был намерен сдержать свое обещание. Кстати, я готов подтвердить это и сейчас.
Она рассмеялась горьким смехом.
– Думаю, что у нас самый свободный брак изо всех, которые я знаю.
– Ты меня неправильно поняла. Я хочу сказать, что не стану давить на тебя, если ты захочешь развестись со мной.
Он изо всех сил постарался скрыть, как трудно ему было произнести эти слова.
«Возьми их назад. Сейчас же», – сказал он себе.
Но он не мог этого сделать.
– Джонас, мы не можем развестись. Ты лишишься поддержки деда в своем стремлении занять его место.
